Серик Нуркенов: «Сейчас в Казахстане настоящий бум развития медицинской физики»

О становлении нового направления науки в Казахстане рассказал ученый

Лауреат конкурса «Сто новых лиц» Серик Нуркенов скромно относит себя к числу исследователей-экспертов, а учеными считает великих физиков Альберта Эйнштейна, Исаака Ньютона, Льва Ландау, хотя абсолютно точно является одним из первых медицинских физиков в стране в сфере ядерной медицины. А еще Серик Амангельдинович преподает на кафедре ядерной физики Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева, где читает два авторских курса: «Физические основы ядерной медицины» и «Применение ядерных установок в медицине», а подготовленные им бакалавры медицинской физики с блеском продолжают учебу в магистратуре в лучших европейских и российских университетах. 

(На фото: С.Нуркенов)

- Серик Амангельдинович, почему именно физика стала вашим выбором, ведь в то время, когда вы поступали в ВУЗ, все абитуриенты рвались на экономические и юридические специальности?

 - У меня со школьных лет был интерес к физике, к точным наукам. Были интересны и цифры и расчеты, но больше всего привлекала экспериментальная часть, то есть не просто теория, а возможность  экспериментально ее  проверить. Я родился и вырос  в Семипалатинске, у нас рядом ядерный полигон и со школьных лет мы имели возможность ездить туда, на территорию ядерного полигона в город Курчатов. Это от Семипалатинска 140 километров. Мы могли смотреть лаборатории, нас водили в музей. Мы видели приборы, с которыми работали ученые, ведь  физика – это экспериментальная наука.  Именитые ученые, известные профессора, которые тогда работали в Институте атомной энергии, рассказывали нам, школьникам, о своей работе. Они нас просто завораживали своими рассказами.

И именно поэтому после школы я подал документы на физико-математический факультет университета имени Шакарима в Семипалатинске. Это были девяностые годы, и, конечно, многие советовали учиться на экономиста, на юриста, да и время было такое, скажем, не понятное. Но я все равно на своем настоял, потому что меня интересовали точные дисциплины, математика, физика.  Конкурс, надо признать, на наш физмат был не большой, тогда и правда все почему-то хотели быть юристами и экономистами. На те специальности было не попасть, а на наш факультет были не очень высокие проходные баллы. Мне удалось поступить на грант. Учиться мне очень нравилось, очень сильные преподаватели, окончившие в свое время лучшие ВУЗы Советского Союза, они дали нам путевку в жизнь. И я их до сих пор вспоминаю с большой благодарностью. 

Для меня университет имени Шакарима был такой альма-матер -  и Оксфордом, и Стэнфордом в одном лице. Потом, позже когда поехал по программе «Болашак» в США, в университет Чикаго, стажировался и в МГУ и в других университетах разных стран,  я понял, что  все в учебе зависит от тебя самого. Не обязательно ехать в Стэнфорд, можно и в университете имени Шакарима учиться, важно какие у тебя цели, интересы, какая отдача. Это самое важное. Мой однокурсник Слава Божко, например, успешно работает в институте радиационной безопасности в Курчатове. 

- Но все-таки вы не ограничились только Семипалатинским университетом, а продолжили учебу дальше…

- Я окончил с красным дипломом физико-математический факультет университета, дипломную работу выполнял в институте атомной энергии под руководством кандидата физико-математических наук Е.А. Кенжина в Курчатове. И мне дали рекомендацию в магистратуру в Евразийский университет им. Л.Н. Гумилева в Астану. 

Я приехал в столицу, когда Евразийский университет  только начинал набирать обороты, сюда  пригласили именитых профессоров со всего Казахстана. Вместе со столицей проходило и становление университета. И город, и ВУЗ  менялись просто на глазах. Меня сразу же направили в  институт ядерной физики в Алматы и  прикрепили к  лаборатории  ядерной гамма - резонансной спектроскопии. Здесь я начал заниматься Мёссбауэровскими исследованиями, это было необычайно интересно, у нас были очень сильные наставники и ученые. Общение с ними и участие в международных конференциях дало мне очень многое.

Моя первая международная конференция была  в Азербайджане в 2006 году, я, как магистрант,  проводил ядерные гамма-резонансные исследования и  получил свои результаты. Тогда мы занимались созданием барьерных слоев в металлах и сплавах методом ионной имплантации. Все это было очень интересно!

Потом поступил в аспирантуру Евразийского университета, но экспериментальной базой оставался институт ядерной физики в Алматы. Там я проводил исследования. После этого в 2009 году после завершения аспирантуры я был заведующим лабораторией междисциплинарного научно-исследовательского комплекса ДЦ-60 при Евразийском университете.  

- А как вы оказались в таком, можно сказать, экзотическом по тем временам направлении, как  медицинская физика?

- Надо сказать, что время было сложное, проектов было немного, были задержки финансирования и тогда я узнал о том, что в Астане создается новый центр ядерной медицины. Это направление новое в Казахстане, на тот момент никто не знал, что такое ядерная медицина, но все знали, что  там нужны будут медицинские физики.  Ядерная медицина – это направление, в котором осуществляется производство радиоактивных веществ для диагностики и терапии различных сложных заболеваний – онкологических, кардиологических и неврологических. Задача медицинских физиков заключалась в управлении ускорительной техникой, то есть  циклотронами, по производству получению радиоактивных веществ, а также управлении аппаратурой. А это и позитронно-эмиссионные томографы, и  однофотонная эмиссионная компьютерная томография, это и проведение исследований, и  инсталляция оборудования, его запуск и контроль, и радиационная безопасность, то есть расчеты доз радиации. В Казахстане таких кадров тогда не готовили, это было новое направление для страны. И меня направляли за счет государства учиться в различные крупные европейские центры.  Я ездил в Германию, в университет Шарите, в Словакию, Австрию, Италию, принимал участие в различных международных форумах. Это позволило изучить все тонкости медицинской физики. Так  мне посчастливилось стать первым медицинским физиком в нашей стране.

Параллельно я вел преподавательскую деятельность на кафедре ядерной физики Евразийского университет, я знал, что это направление - медицинская физика - очень нужно стране.  «Классические» физики-ядерщики просто не смогут работать в этой сфере. Здесь нужны знания о медицинских методах, анатомии, физиологии человека, радиоизотопах, источника излучений. Я разработал два спецкурса: «Физические основы  ядерной медицины» и «Применение ядерных установок в медицине». И до сих пор я их читаю на кафедре ядерной физики. 

- Кто ваши студенты и где они работают после окончания университета?

- Студенты - это физики-ядерщики. Люди не случайные в профессии, это очень  заинтересованные ребята. Я выпустил по этому направлению медицинской физики 15 дипломников бакалавров  за 10 лет, эти ребята продолжили обучение в магистратуре за рубежом. Сейчас в Италии, например, оканчивает докторантуру Шагалакова Айдана, она пишет диссертацию по медицинской физике. Кабиев Муса окончил магистратуру в Томском политехническом университете.  Есть мои ученики и в Южной Корее, общаюсь с ними, поддерживаю связь. Многие, отучившись, возвратились и сейчас работают в Казахстане. Например, Муса Кабиев устроился в новый национальный онкоцентр, который открывается в Нур-Султане. Это будет центр международного стандарта, где будет и протонная терапия, и многие методы ядерной медицины.  Еще один наш выпускник Икрамов Ашим работает в Алматы в институте онкологии. Все  эти ребята востребованы,  у них интересная работа,  неплохие зарплаты и перспективное направление,  потому что, к сожалению, число онкологических и кардиологических больных растет. 

- Часто приходится слышать, что уровень финансирования науки в нашей стране не высокий, ученые стараются уехать за рубеж, а потому и рассчитывать на высокие научные результаты Казахстану не приходится…

 - Финансирование науки –  это точно проблема не только нашей страны. Но у нас сейчас есть хорошая тенденция – по посланию главы государства 2018 года доля финансирования науки будет увеличиваться до 5%, а потом 10% ВВП. Это очень хорошие цифры. Выделяется и грантовое финансирование. Я многих ребят знаю, которые заинтересованы в научной деятельности в нашей стране. Поверьте, кто реально заинтересован в науке, тот останется, несмотря может быть на не самую большую зарплату. В мое время нам платили еще меньше, но мы находили варианты подработать:  где-то преподавали, когда учились, лаборантами  работали. Уехать из страны вообще  не вариант – мне на родине лучше.  У нас сейчас настоящий бум развития  медицинской физики. Мы начали развивать это направление с 2010 года, тогда у нас появился первый ПЭТ (позитронно-эмиссионный томограф), в России их было тогда два или три, а  в Узбекистане, Киргизии, Беларуси и тогда  ничего не было и сейчас нет. За это время мы сделали очень хорошую программу,  докторов готовили в крупных европейских центрах, США, Англии. Подобрали очень качественных специалистов, не только из Астаны, но и из других регионов, в  основном Семея. Наши доктора владеют английским в совершенстве, мы имеем хорошую поддержку  от МАГАТЭ. Мы накопили потенциал,  и это дало возможность подготовки кадров. В Астане сейчас три ПЭТ, на которых проводят исследования. Здесь есть перспективы для ядерной медицины  - строится специальное здание, приобретаются установки Филипс, Сименс. Это сотни спасенных жизней и это классно!

- Серик Амангельдинович,  где вы видите себя лет через 15-20?

- Мне очень нравится направление, связанное с применением ядерной энергии в мирных целях. Казахстан  является страной, которая впервые в мире отказалась от очень большого ядерного арсенала. Я бы хотел на международном уровне и дальше продвигать идеи об использовании энергии атома в мирных целях, для атомной энергетики, медицины, производства материалов. 

- Вам нравится идея  строительства атомной электростанции в нашей стране?

- Как физик я считаю,  это уникальная возможность для нашей страны. Мы знаем,  сейчас ТЭЦ, ГЭС сжигают тысячи тонн угля, они дают выбросы в окружающую среду, которые влияет на здоровье людей. АЭС – это возможность получения энергии, при которой окружающая среда загрязняется минимально. 

А как человек и гражданин своей страны считают, что в вопросе строительства атомной станции в Казахстане вопросов  на сегодня больше чем ответов. Во-первых, у нас нет кадров, ни один ВУЗ в Казахстане не готовит таких специалистов, во-вторых, принципиально важно, где мы хотим  брать установку. Нужно рассмотреть весь спектр предложений на мировом рынке и выбрать наиболее надежный, проверенный временем вариант. Но главное, я считаю,  работать на атомной станции должны  только казахстанцы, понимающие свою ответственность перед страной и перед будущими поколениями. 

(Фото из личного архива С.Нуркенова)

#100 новых лиц Казахстана #Серик Нуркенов

Похожие материалы