Кандастар Ассамблея

Марлан Нысанбаев: «У художников нет статуса»

23.02.2022 1064

Марлан Нысанбаев алматинский акварелист, график, живописец, член союза художников, амбассадор Евразийской творческой гильдии Лондона, Қазақ Өнерінің Қайраткері, арт-менеджер, счастливый отец и дедушка шести внуков мечтает о том, чтобы предмет изобразительное искусство вернули в школы, люди стали ценить искусство и приходить на выставки, у художников появился статус.

Марлан, расскажите о себе

Я родился 12 марта 1957 года, в селе 12 декабря в Алматинской области, Илийского района. Когда мне было пять лет, отца по работе перевели в Кок-Кайнар, где я жил и рос до 9 класса. После учился в средней школе №19 села Ащибулак.

Я любил рисовать, у меня был друг, он любил лепить из пластилина. Мы детьми смотрели по телевизору баталии Суворова, затем лепили их. У нас на конюшнях содержались рабочие и породистые лошади. Мы мальчишками катались на лошадях. После я приходил домой и рисовал их. В школе учитель увидел, мои рисунки, меня начали привлекать оформлять стенгазеты. В 10 классе у меня был выбор поступать на исторический, юридический или художественно-графический факультет.


С 1974 года я начал жить в Алматы. После школы сдал документы на худграф. Мне сказали, что у есть время для подготовки к экзаменам, можно зайти в подготовительную группу посмотреть, как они занимаются. Я увидел там ребят, которые готовились целый год, были те, кто не поступил ранее. Мне было легко сдать общеобразовательные экзамены, а по специальным предметам я получил тройки и не прошел по конкурсу. Тогда я поступил в Алматинский техникум железнодорожного транспорта. Меня приняли на второй курс. Так как в техникуме не было военной кафедры, на четвертом курсе меня призвали в армию. В техникуме, у меня был товарищ, он красиво писал плакатным пером. Он мне сказал: учись, тебе в армии это пригодится. Мы с ним оформили несколько кабинетов. Действительно пригодилось. В армии целый месяц мы были на карантине. К нам приходили со штаба спрашивали: «Кто умеет писать плакатным пером, кто тут художники и музыканты?» Я был три в одном. Исполнял песни на украинском, киргизском, английском, казахском, русском языках. Начальник штаба мне сказал: «Через полгода я заберу тебя к себе, ты будешь у меня в одном лице и музыкантом, и художником». Полгода я находился на армейской учебе. Бывший художник уходил на дембель. Он был студентом в художественном училище имени Гоголя, уходя, оставил мне акварельные, масляные краски, кисти и сказал: «Если хочешь поступать - занимайся!» Я начал читать в армейской библиотеке литературу о Рафаэле, Микеланджело, Серове, Репине, рисовал и готовился к поступлению. Вернувшись из армии, пошел в техникум забирать документы. Мне не хотели их отдавать, говорили: осталось, год-полтора окончи учебу. Документы сразу, как окончу техникум, отдавать не собирались, я должен был отработать год-два. Поэтому я ушел из техникума, устроился на работу художником-оформителем в Алматыгорстрой. Мне дали общежитие, мастерскую для работы, я выполнял заказы, в свободное время готовился к поступлению в художественное училище. У меня были льготы то, что я пришел из армии. Я сдал хорошо общеобразовательные и специализированные экзамены и поступил.


Училище окончил с красным дипломом, мне дали направление в институт Сурикова. Но в 1982 году у меня родилась дочка и супруга сказала, мне никуда не поедешь, как я буду справляться одна. Тогда я пришел в училище к директору Акрапу Жубанову и спросил у него: «Что мне делать?» Он сказал: «Давай я оставлю тебя в училище, а поступать на худграф заочное отделение будешь на следующий год. Тебе нужно образование, но я хотел бы, чтобы ты работал творчески». Он оставил меня мастером производственного обучения. В 1983 году я поступил Казахский педагогический институт имени Абая, сдавал один экзамен. В том же году состоялась моя первая молодежная выставка. Семь лет я проработал в Алматинском художественном училище имени Н.В. Гоголя, в 1989 году ушел из него. Мы открыли художественно-строительный кооператив, занимались рисованием и оформлением. В родительском доме под Алматой у меня мастерская, где я хранил свои краски, произведения, там был пожар и все мои работы сгорели.

Моя первая супруга умерла 12 лет назад, сейчас у меня вторая супруга. Мы с ней два года вместе. Она для меня муза, по образованию филолог, пишет стихи на казахском языке, преподаёт в эстрадно-цирковом колледже, неплохо поёт, у неё хорошая дикция. Я сейчас пенсионер. Но я не чувствую себя стариком, у меня душа молодая.


Как вы стали арт-менеджером?

В бизнесе я проработал 30 лет, был директором компании, только в 2018 году вернулся в творчество, мои две дочери меня сильно поддержали, когда я захотел вернуться в искусство. Однажды приехала моя знакомая из Бишкека, она занималась туристической фирмой, остановилась у меня, просила помочь. В Facebook у меня были друзья, знакомые. Я собрал художников из разных городов. В гостевом доме на южном берегу Иссык- Куля мы провели три пленэра. Тогда я нарисовал десять этюдов.


Художники просили меня: «Можете ли вы организовать нам выставку?»

– Я сказал: «Могу!»

- А в музее Кастеева можете?

- Могу!- ответил я им, представляете я там никого не знал.

Когда приехал в Алматы, то пошел в музей Кастеева и сказал, что я руководитель группы «Искусство без границ», сделал пленэр, могу собрать художников и организовать выставку. Они пошли мне навстречу. Мы собрали все работы, оформили, приготовили, была выставка. Тогда же я вступил в Евразийскую Творческую Гильдию познакомился с Еленой Безруковой. Мы делали выставки в Алматы, Бишкеке, Астане, Боровом.


Возить работы заграницу дорого, я первый кто предложил делать копии работ – принты. Наши работы распечатали и сделали выставку в Великобритании, потом в Бельгии и во Франции. Общаюсь с молодежью, помог Союзу молодых художников провести выставку. Совместно с художником Лидией Дроздовой в «Яблоневой палитре» организовали более двадцати выставок, сам более десяти.


Участвовал в них во всех, сейчас готовлюсь к своей персональной, юбилейной выставке «Искусством наполнена жизнь». Она будет 12 марта в мой день рождения в музее Кастеева. Сейчас в мастерскую не езжу, чтобы ни тратить времени, пишу дома за городом.

Недавно прошла выставка «Мой Казахстан, моя семья» о январских событиях, какую работу вы представляли?

Да, мы открывали выставку в Алматы затронули тему январских событий. К этой выставке я написал работу «Ты наш герой» про Ерлана Акишева, который был на площади с флагом.


Что сейчас нужно современному потребителю в искусстве?

Люди мало интересуются искусством, покупают принты, китайскую безвкусицу. Я сам коллекционирую картины, мне дарят, и покупаю их у молодых художников, чтобы поддержать таланты. Простой народ не ходит на наши выставки, приходят только художники, архитекторы, дизайнеры, близкие к искусству. Когда проходят групповые выставки, художники селфятся около своих картин. Картины не покупают, потому что у нас нет рынка, аукционов. Чтобы как-то прожить художники продают свои произведения в Instagram, Facebook, создали специальные группы. Я считаю, что это не серьезно, материал дорогой. Бумага один самый дешёвый лист для акварели стоит 3000 тенге. Художники акварелисты говорят: «Ты можешь сэкономить на краске, на кистях, но на бумаге не экономь». Есть мой труд, моя идея, материал, за сколько я должен продать свою картину? Чем ты больше становишься известным, тем дороже становятся твои произведения. Мои произведения находятся в частных коллекциях Казахстана, Кыргызстана, России, Германии, Испании, Болгарии, Великобритании, Франции, в музеях Алматы, Караганды, Талдыкоргана. Я участник республиканских, международных и зарубежных выставок, лауреат премии Аркадия Безрукова, Айтматовских чтений, Исатая Исабаева. За это время я стал членом союза художников, амбассадором, деятелем казахского искусства. Люди 30 лет работают, не могут достичь этого. Много художников не занимается по профессии, кто-то имеет маленький магазинчик, преподает в школах. Предмета изобразительного искусства сейчас нет, надо вводить его в школьную программу. Люди искусства никогда не будут мародёрствовать и убивать. У художников нет статуса, бюджета, мы не можем проводить постоянные выставки, наше общество живёт за счет взносов и аренды помещения, мы выживаем. Художники жалуются: почему нет выставки, каждому не объяснишь. Мы сами не зарабатываем, на выставках с Лидией Дроздовой мы сделали себе имя, стали известными арт-менеджерами, руководителями групп.


Расскажите об участиях в международных выставках, как относятся к казахстанским художникам и их работам?

Когда мы делали выставку в Великобритании то, там нет практически реалистического искусства, у них популярны кубизм, абстракция, инсталляции. В их Академии нет предмета анатомии человека, мы допустим, это учили, чтобы знать, где какая кость находится, чтобы правильно изображать движение людей. Выставка проходила в развлекательном центре, люди писали отзывы, как это здорово, они не знали, что такое Казахстан. Я общаюсь с галеристами Испании, Италии, Америки. Они говорят: «Давайте мы будем делать выставки, помогать продавать вам картины». Но чтобы начать выставку хотя бы одного художника надо привезти туда около двадцати картин - это логистика, заплатить галереи почти 2000 евро, за выставку, чтобы они пригласили специалистов, и это только для начала. В Германии, чтобы раскрутиться у тебя должно быть не менее 100 тысяч долларов. Мои германские друзья художники, как творческие люди не раскрылись: один делает памятники, второй что-то из рекламы.


Где Вы черпаете идеи для своих работ?

Люблю быть на природе, в горах, степях, озёрах, на пленэрах все это пишу. Собираю материалы, фотографирую, мне нравится интуитивная живопись.


Ваша любимая техника акварель, почему?

Писать на холсте дорого, масло недешево, все это затратно. А акварель «Невская палитра» мне её подарили пять лет назад я до сих пор пользуюсь, маслом пишу редко. Лучше я буду хорошим акварелистом, чем плохим живописцем. Акварелистов у нас мало. Мне нравится воздушность акварели, ей можно передать любое состояние.


Однажды Председатель Союза художников предложил мне организовать пленэр в Алматы. Мы провели его на высочайшем уровне, сделали каталог. На меня участники обижались, почему я должен это рисовать, я им объяснял, ребята ваши работы попадут в музей, они будут в архивах союза художников. Участникам победителям дали премии и стипендии. 


Ваши любимые работы?

Любимая работа «Мечты о полете». Когда я был школьником, то был заядлым голубятником. У меня были самые породистые, красивые голуби, ко мне все приходили и покупали. Когда вернулся в искусство, мне приснился сон: голуби и я на крыши. Я пошел к сестре и поставил перед собой ее внука, сделал наброски, на всякий случай сфотографировал, написал картину на одном дыхании, она побывала на выставке в Великобритании. Потом вместе с Аружан Саин мы подарили эту картину детской городской клинической больнице №2 города Алматы, там находятся дети с серьезными заболеваниями. Когда мы пришли дарить картину то, к нам вывели нескольких детей, которые могли ходить. Они восторгались и улыбались глядя на картину, это произвело на меня большое впечатление.

Вторая картина «Дворик прошлого» она находится в коллекции музея Кастеева.


Расскажите о своих учениках?

Я горжусь учениками, это известный художник галерист, живописец Нуршидин Баратов, у него есть багетная мастерская, мои студенты Мирлан Кулдыбаев, Гульшат Мадибиева, Петр Белов.

 

Похожие материалы