За остатками древних зверей и старого хутора

26.12.2016 3035

В Павлодарской области, по берегам Иртыша, люди уже не одно столетие подряд находят остатки истории.

В Павлодарской области, по берегам Иртыша, люди уже не одно столетие подряд находят остатки истории. С одной стороны это свидетельства древнего прошлого - костные останки здешних зверей, рыб птиц и даже растений, а с другой - свидетельства жизни людей в последние сто, двести, триста лет.

Всё это хрупкое наследство истории человечества и природы требует сохранения, бережного отношения и тщательного изучения. Ведь оно позволяет исследовать био- и палеогеографию Прииртышья, а также добывать и вводить в научный оборот новые сведения об особенностях процессов возникновения и исчезновения населённых пунктов в регионе.

Куда приведёт карта?

Эта экспедиция Павлодарского Дома географии состоялась в октябре и стала по сути комплексной. Поэтому для сбора материалов, изучения правого и левого берегов реки Иртыш сразу два отряда отправились в Павлодарский район Павлодарской области: краеведческий и палеонтологический.

Краеведческий должен был  обследовать остатки старинных домов недалеко от села Сычёвка, которые, по версии кладоискателя, химика Владимира Рагулина, были обитаемы ещё с середины девятнадцатого века, а примерно в тридцатые годы века двадцатого были отрезаны Иртышом от «большой земли» и пришли в запустение. Хоть какие-то следы их обителей было решено отыскать, используя металлодетектор. В краеведческий отряд по поиску этого хутора или заимки вошёл автор, заместитель директора, гидролог, эколог, географ Максим Кочетков, а также сам Рагулин и менеджер Мария Фёдорова.

Чуть свет, команда надула лодку и отправилась из Павлодара вниз по течению по Иртышу. Осенние краски в это время делали берега реки безумно красивыми. Деревья справа и слева были будто нечаянно местами обрызганы жёлтым, бурым, красным. И уже от такой умелой палитры с умеренным смешением цветов этот период ещё не холодной осени можно считать отличным временем для путешествий по Иртышу.

Экскурсовод может рассказать  по дороге о павлодарском железнодорожном мосте (построен в 1949 году) через реку, близ которого краеведческий отряд стартовал, о мосте автогужевом, под которым лодка прошла ниже по течению, о лодочной станции, о речном порте…

Маршрут сверяли по картам и по ДжиПиЭс-навигатору Володи, который постоянно ищет интересные места – точки в Павлодарской области, что на карте подписаны уже несуществующими названиями и указывают на сёла, аулы, деревеньки и хутора, ныне уже не существующие. Такая вот его находка в этот раз и заставила пойти нас по реке, потому что искомое место находится на острове.

К тому же группа должна была ещё и понять, насколько привлекателен маршрут по Иртышу на вёслах из областного центра в Павлодарский район. Идти по течению здесь вполне возможно. Главное – знать свою цель и иметь интересных попутчиков.

Сломанное весло

Примерно в одиннадцать часов из Павлодара позвонила Надежда Майба – руководитель другого, большего по численности палеонтологического отряда. Она взволнованно сообщила, что за людьми по какой-то причине не приехал нанятый микроавтобус. «Четвёрке» в лодке пришлось искать номер телефона водителя, а для этого было решено ненадолго, но быстро пристать к берегу. Грёб автор, причём сразу двумя вёслами. В момент стремительного приближения к берегу отвлёкся от своей обязанности носовой, который должен сообщать о мели и обо всё прочем в воде на её поверхности. Набравший скорость  гребец быстро достиг мелководья и вошёл правым веслом в дно – лопасть мгновенно отломалась.

Над берегом острова, к которому причалила лодка, раздалась добротная искренняя юношеская субботняя ругань. Лопасть осталась в донном иле. Максим Кочетков вытащил её, повертел в руках: «Ммда», - и бросил в лодку. В лодке, к счастью, было ещё одно весло, от другого плавсредства, которое кормовой использовал вместо руля: «родного» румпеля или рулевого весла у лодки не было изначально. Так чуть ли не случайно взятое в офисе весло спасло ситуацию. Его использовали впоследствии как полноценное весло два дня, несмотря на то, что площадь его лопасти почти двое меньше родного… После короткой паузы и подкрепления бутербродами «четвёрка» снова отправилась в путь.

Почувствовавший свою моральную вину руководитель экспедиции молча взял запасное весло и «работал» им, но на этот раз – в паре с Максимом. У Кочеткова за спиной – два сплава по реке Иртыш в 2014 и 2016 годах, посвящённых Дню Иртыша. В обоих случаях он занимался подготовкой команд гребцов и командовал экспедициями. С ним легко идти по реке, ехать в автобусе в ближнее зарубежье и зимней дорогой на машине в какое-нибудь уютное село Павлодарской области.

В пути на реке дважды попадалось такое место, где не было ни течения, ни ветерка, ни звука. Причём, места были весьма и весьма похожи друг на друга. Даже пришла мысль, что лодка идёт по кругу… Настроение себе поднимали весёлыми анекдотами, вкусными казинаками, квасом. По желанию трёх гребцов этой «галеры» каждому из них подавала что-нибудь вкусное из взятого в лодку домашнего сухого пайка Маша Фёдорова.

Мария, кстати, была единственным… негребцом в лодке, но она, несомненно, украсила своим присутствием и соучастием в экспедиции маленький экипаж лодки, внесла в общее настроение свою нотку обаяния и веселья. В 2016 году она побывала в составе экспедиции ПавГео в горах Риддера, а в офисе организации с начала года посильно помогает в фиксации найденных остатков древних животных Прииртышья и в содержании общественной географической библиотеки.

В погожий субботний день Иртыш облеплен рыбаками, как полевой цветок пчёлами. Очень много отдыхающих целым семьями, на машинах приезжают на его берег, чтобы провести день у воды. На левом, пойменном берегу нередко можно встретить тракторок, спешащий похозяйничать на поле до наступления холодов. В тихих заводях реки ближе к вечеру бесятся мальки. В этой реке каждому найдётся место.

Иртыш… «Из ряда объяснений этого гидронима наиболее достоверно связывает его с кетским словом «Ирцис», где «Ир, ir» иранская основа со значением «бурный, стремительный поток», а «цис» - тюркизированная форма кетского слова «сес» - река. Гидроним, по-видимому, возник в среднем течении Иртыша, где по историческим исследованиям и данным жили индоиранские народы. Верхнее течение Иртыша – от истока до впадения в оз. Зайсан часто называют Чёрным Иртышом. Это название возникло в результате распространения на всю указанную часть реки название одного из его верхних притоков – Кара-Ирцис, - букв. «Чёрный Иртыш». Но вероятнее всего, местное население (тюркоязычное) слово «кара» принимает не в обычном, прямом смысле цветового значения «чёрный», а в значении «земля» (см. Кара-Су, Кара-Кумы и т. д.), то есть «Кара-Ирцис» - «Иртыш, начинающийся из земного  родника, ключа» (в смысле из тёмных, чёрных глубин земли)», - так в своём топонимическом словаре «Географические названия мира», вышедшем в 2011 году в Москве, пишет его автор Евгений Поспелов.

…От Павлодара до места, где лагерем встал палеонтологический отряд, по реке, больше 70 километров. Пройти такое расстояние на вёслах крайне трудно – почти невозможно. И лодка уже в сумерках пристала к берегу выше по течению – в районе села Новочерноярка. Ей светили фары автомобилей Виталия Кожокара и Дмитрия Полякова. Они ждали на берегу. Уже здесь обнялись и поприветствовали друг друга. Кое-кто из гребцов тотчас рванул к кустам по малой научной нужде. С минуту помахали руками, повращали суставами, нывшими после примерно двенадцатичасовой и почти непрерывной гребли, а потом дружно разобрали, сдули и свернули лодку. Уложили всё имущество вместе с ней в по машинам и поехали в лагерь.

Что нашли палеонтологи

В лагере затемно было достаточно оживлённо. У костра суетились Надя Майба и её помощники, дежурные. Надя – географ и историк, гид-экскурсовод, верстальщик электронного вестника. Надя способна провести интересную экскурсию не только в Доме-музее Дмитрия Багаева, где работает специалистом, но и по Павлодару, об истории которого знает много интересного. Увлекается палеонтологией, ведёт учёт коллекции бонов и монет Дома географии…

У этого научного очага уже почти был готов ужин. А чуть поодаль два друга: Султан Камалдинов и Серёжка Осмоловский – рассматривали всё, что найдено было экспедицией за день на правом берегу реки Иртыш, близ села Жана кала. За ужином оба отряда в красках и в лицах рассказывали о приключениях за прошедший день. Палеонтологическая «бригада» метр за метром проходила правый берег реки. По урезу воды, в песке и – ещё больше – в воде находили остатки древних животных, обитавших сотни тысяч лет назад. По словам Полякова, больше всего костей древних обитателей Прииртышья попадается именно под водой. Однажды он обнаружил в иле целый череп кого-то из слоновых или мамонтовых. Но он крошился при всяком к нему прикосновении. В следующий раз необходимо использовать поддон и вынимать подобные находки вместе с илом и сразу же фиксировать - обрабатывать клеем. А ещё было решено впредь нырять под воду в поисках останков древних зверей в гидрокостюмах. Только всем ныряльщикам поголовно придётся иметь в виду, что под водой их ожидают рыбацкие самоловы.

О том, что на правом берегу Иртыша у села Жана кала (бывшей Григорьевки) в изобилии находят кости древних животных, учёным и местным жителям известно давно. В 1903 году в восемнадцатом томе книги «Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Киргизский край», вышедшей в свет в Санкт-Петербурге, было написано об этом месте так: «В пос. Григорьевском около 60 дворов и около 300 человек жителей, занимающиеся земледелием, скотоводством, рыболовством и извозным промыслом (возят соль с Коряковского озера на Черноярскую пристань)».

На второй день к палеонтологическому отряду «примкнули»дети – для знакомства с этой поисковой работой на место экспедиции специально прибыл микроавтобус с юными воспитанниками клуба юных краеведов «Джурбай» Дома географии. Дети своими глазами увидели, как извлекаются из исторического (и не очень) слоя свидетельства дочеловеческой истории их Родины.

За два дня работы палеогеографы: любители и профессионалы – обнаружили рог кого-то из парнокопытных, предположительно марала, пять зубов мамонта или слона, копыто по предварительной версии большерогого оленя, верхнюю челюсть бизона, пяточные кости, рёбра, фрагменты бивней и другое. Более точным определением каждого вида ещё предстоит заняться в городе.

Ищите заимку на острове

Отряд краеведческий был утром вывезен Виталей Кожокаром к селу Сычёвка. Здесь команда снова надула лодку и отправилась на своих любимых вёслах через реку в сторону острова, на котором согласно карте из планшета Вовы Рагулина, находятся остатки небольшого поселения девятнадцатого века. Добрались до острова и спрятали лодку в кустарнике. На суше путь к искомому месту тоже не был прогулкой по ровному асфальту. Заросли здесь были похожи на джунгли с густой паутиной между деревьев, с топями и вязкой жижей под ногами, хрустом раскачиваемых ветром веток и хвороста под ногами, упавшими стволами, через которые то и дело приходилось перелазить. Через одно болото переходили больше получаса – по двум раскачивавшимся деревьям, упавшим поперёк его: Володя проворно прошёл первым, а остальные проходили по переправе, предварительно навтыкав в дно болота длинные ветки, по обе стороны бревён, по которым и переходили водоём.

Очутившись на противоположном берегу, поняли, что почти пришли. До цели – места бывшего хуторка - оставались 230 метров, 200, 180, 110… По траве высотой до груди быстро не пройти. Холм. Поднимаемся – из земли торчат остатки стен из сырцового кирпича не более полуметра высотой. Рагулин обернулся и с улыбкой произнёс: «Мы сделали это».

Он включил свой металлодетектор и взялся за обследование участка. На холме были хорошо видны «квадраты» пяти строений. Под лапой прибора в наушниках кладоискателя прозвучал сигнал. Вова положил прибор рядом, достал сапёрную лопатку, надавил ногой, вынул дёрн и, присев, руками разломил ком земли, как краюху хлеба: показалось тёмно-коричневое ребро монетки. Остальные трое подошли к руководителю отряда – в ладони Рагулина была российская одна копейка 1914 года периода царствования Николая второго. Позже Владимир нашёл металлическую пластинку-крышку диаметром около трёх сантиметров с надписью «Личная помада». В данном случае слово «личная» означает не индивидуальная, а «для лика», то есть для лица, а личная помада – одна из разновидностей косметических кремов; применялась для придания коже белого цвета и защиты её от атмосферных осадков. Сколько лет этой крышечке, пока предстоит выяснить. Остальное: куски металла, макушка керосиновой лампы, ручки от алюминиевых ложек – Володя называет кладоискательскими терминами сопутка или жбонь, что говорит о низкой ценности найденных артефактов.

…Как-то жили тут люди, чем занимались? Загоняли вот сюда скот, а здесь, очевидно, жилой дом был. У одной из бывших стен, в яме, осталось много пепла, и попадаются кости – была печь, очевидно; готовили еду. Были ли здешние поселенцы отшельниками для своего времени или поддерживали постоянную связь с городами и с другими деревнями? Сколько они тут прожили и почему покинули это место? А может род этих хозяев тут просто прекратился?