Кандастар Ассамблея

У меня мама убежала. История удочерения Мадины Ергалиевой.

22.10.2021 710

Мадине Ергалиевой двадцать один. Она получает образование за рубежом, путешествует, изучает турецкий язык и литературу, строит большие планы… Но где-то за пределами новой жизни в ее памяти скрываются редкие, вязкие, как сон, воспоминания о раннем детстве. На этих тяжелых страницах памяти время накладывает друг на друга глухие голоса родных людей, их силуэты, суровую правду, неизвестность, сострадание, и конечно любовь.


У меня каждый день может быть счастливым

Я очень эмоциональный человек, у меня каждый день может быть счастливым. Помню себя в раннем детстве среди подсолнухов. Родилась я в селе Георгиевка Жарминского района Восточно-Казахстанской области, это недалеко от Семея и Усть-Каменогорска. У нас был полный огород подсолнухов. Я очень любила ходить под их красивыми шляпками, для меня это был просто рай. Помню, возьму головку подсолнуха, попробую несколько семечек, выбрасываю и срываю новую шляпку, повкуснее. В огороде у нас росли разные овощи: помидоры, огурцы, фрукты, ягоды - я сама их срывала, мыла под шлангом и ела. Непередаваемый вкус! Для меня тогда это было такое счастье, не поверите! Помню, как мама приносила черешню, целую корзину, и я бегу к ней навстречу. В обрывках памяти есть эпизод, как мне подарили куклу Baby born, она мне особо не нравилась, только ее коляска. А вот когда мама купила мне Барби, я была невероятно рада. Эта кукла была со мной всегда. До 6 класса я играла с ней.


Мама, ты куда бежишь?

Странное дело, у меня иногда появляется чувство… неопределенности, что ли? Но это совсем не то слово, не могу подобрать наиболее подходящее. Это когда ты ощущаешь только часть себя, а другой части будто нет. Это чувство было у меня, когда я уезжала из детского дома, и еще много лет раньше, лет пять мне было тогда.

Зима. Вечер, а может ночь, - точно не помню. Мы долго шагали по улице, мама искала дом. У нас была хозяйственная сумка. И вдруг мама остановилась возле светофора и говорит: «Доченька, стой. Я сейчас подойду». Я осталась с сумкой, а мама побежала в сторону. Я закричала ей вслед: «Мама, ты куда бежишь?». Она не обернулась, очень быстро исчезла. На улице было холодно, но я была очень тепло одета. Я начала плакать, орать просто. Куда она убежала, совсем не понимаю. Сказала, что придёт, но ее нет. Там бабушка двор подметала, она подошла ко мне.

- Девочка, ты почему плачешь?

- У меня мама убежала.

Приехали полицейские, посадили меня в машину, стали искать маму по району, не нашли. Меня привезли в РОВД, там всё расспрашивали о ней, я много раз рассказывала, как все было.

Когда есть вдохновение

В минуты вдохновения я пишу стихи, а если что-то идёт не так, ухожу в состояние творчества: пою или пишу что-нибудь на отвлеченные темы, рисую. Люблю литературу по психологии и философии, интересуюсь эзотерикой, нумерологией, астрологией. Помню, в детстве мама собирала дома подружек, вместе они гадали на картах. Может мне, что-то передалось?

Родители

Помню, как однажды в наш дом пришла какая-то женщина с ведром и стала обливать нас водой. Женщина орала на мою маму, начался скандал. Потом она ушла, и родители стали ругаться. Мама бегала вокруг дома, била стекла. Помню, как папа сказал: «Я устал, ухожу к двоюродной сестре». Я держала его за руку и кричала: «Не уходи, я пойду с тобой!». Мама вырвала руку и сказала мне строго: «Ты никуда не пойдёшь, останешься со мной». После этого я отца не видела. Когда из детского дома меня забирали на патронат, у меня в документах вышло, что мой папа психически больной - шизофрения, 2 стадия. Его лишили родительских прав. Знаете, я не помню, чтобы папа вел себя как-то странно или был не в себе. В документах написано, что диагноз ему поставили в 2013 году. Может из-за распада семьи у него случились такие последствия?

Меня обрили сразу

Сначала я попала в ЦВИАРН (Центр временной изоляции, адаптации и реабилитации несовершеннолетних). Это 2007 год, я даже вспоминать это место не хочу. Бытовые условия были ужасные. Из детского дома для нас привозили ношенные вещи. Меня обрили сразу, одежду, которая была на мне, сожгли. Мне дали такие колготки - одна сторона целая, как у колготок, а вторая растянута, как у гамаш.

Естественно, нас там били. Я была самой маленькой там. У них был девиз: «Один за всех, все за одного!». Нас выстраивали в шеренгу, и просто дубинкой дубасили. Я каждый раз в обморок падала, видимо моё сознание так защищало психику, – просто отключалась на 5 минут.

Однажды вошла в уборную, а там над потолком пацан взрослый - наверное лет четырнадцать. Повесился. То здание снесли, кажется…

Приют

Мама приходила ко мне в ЦВИАРН. Всегда пьяная. Ее лишили родительских прав, а меня перевели в приют. Там воспитатели как мамы заботились о нас. Дети, которые были в моём отряде, друг другу были, как сестры и братья. Я не хотела уходить из приюта, потому что чувствовала себя, как дома. После этого воспитательница перенаправила меня в детский дом. Помню, что обиделась на нее, из окна смотрела и думала: вот предательница. Но так нужно было. У них там свои какие-то правила.

Я обрела свободу 

В детском доме, до 7 класса, мы не могли покидать его пределы. Нам говорили: вот станете взрослыми, тогда будет вам свобода. Установки — это очень плохо, если человека с детства запрограммируешь, так он и будет жить. Когда ввели новые правила и детям из детских домов разрешили учиться в обычных школах, мы были очень рады. Там другие ребята, и можно раскрыться, чувствовать себя более свободнее, не ощущать постоянный контроль.

Самым счастливым событием в детском доме был мой первый Новый год. Мы собрались на ёлку, у меня красивое платье было - шахматная королева. Президент стоял совсем рядом, раздавал подарки. Мы разговаривали, фотографировались, - такая детская радость.

Я не знала, что есть семьи, которые усыновляют детей, но помню 2016 год, когда президент объявил по новостям, что в детских домах не должно быть детей. К нам стали чаще приезжать люди, забирать малышей.

Однажды после учебы, я спускалась на ужин, меня позвали в спортзал, там было много детей, моя будущая мама тоже там была. Мне говорят: «Хочешь в семью?». Я была в шоке от этого вопроса. Мы стали разговаривать, конечно. Я не знала, что ответить, я такая большая дылда пятнадцати лет. Но конечно отказать я не могла, мне оставался один год жить в детском доме, а дальше – неизвестность. Конечно, мне было страшно. Но и перед удочерением в душе был страх, что меня хотят использовать. После встреч с будущей мамой все сомнения развеялись.

В это время она была в положении на сестрёнку. Беременность придавала ее образу какое-то особенное нежное очарование. Потихоньку мы оформляли гостиничный патронат, на несколько дней по выходным я к ней приезжала. На Новый год мама официально меня забрала. Когда я уезжала, друзья говорили: «Кто нам будет косички собирать? С тобой всегда весело». Так, я как птичка улетела, и была безумно рада этому.

В первый день я волновалась, где-то стеснялась. Но мама сразу тепло ко мне отнеслась, я сразу это почувствовала. У мамы нас шестеро: Айлин - 17 лет, Асия - 9 лет, Айбуви - 5 лет, Муслиму - 2 годика, и братик Мерт - 13 лет. У нас мама- героиня.

Папы в приёмной семье нет. На самом деле, если бы был папа, я бы боялась. Я даже где-то рада была, что нет отца. Много ведь разных историй о предательстве.

Я очень общительный человек, всегда нахожу общий язык, подход. Но нам всем нужно было время, чтобы лучше узнать друг друга и понять. Это естественно. Мы даже ругались, - смешно сейчас, когда вспоминаю. Теперь мы как родные кровиночки разговариваем, общаемся на все темы, советуемся друг с другом. Может в прошлой жизни мы были взаимосвязаны, что теперь наши души так сблизились?

Я обрела настоящую свободу, много чего увидела, познакомилась с интересными людьми. На свободе меняется разум, мышление. Все это благодаря моей приемной маме. У меня появилась уверенность, самооценка повысилась.

Когда я собиралась улетать в Турцию, мама помогала мне с перелётом, с билетами, финансово, морально. Первые три месяца с питанием и проживанием помогала, хотя я взрослый человек - 21 год уже – она мне ничего не должна, и всё равно она помогает, как родному ребенку. Я очень благодарна ей. В Турции я быстро нашла работу, мне приятно, что иногда я тоже могу оказать ей поддержку. Мы одна семья.

Мне нужно все узнать

Я спрашивала сестру моей кровной мамы о родителях. Она говорила, что папа сильно любил мою маму. Я не знаю, почему между ними скандал произошёл, и они так сильно разругались. Может быть, моя мама изменила, это мои догадки. Мне просто хочется найти её, я просто для себя хочу узнать, почему все так произошло. Я не буду чего-то от неё требовать. Для меня важна информация, чтобы закрыть в сердце все эти давящие вопросы и отпустить прошлое, как бумажный кораблик опускают в ручей. Для меня это важно, ведь прошлое и настоящее взаимосвязаны. Мне нужно проработать все детские травмы, чтобы задышать полной грудью и жить дальше.

Как будто в двух мирах

Мою настоящую маму зовут Дина, папу Абылай. Папа находится где-то в больнице, я хотела к нему приехать, но сестра сказала, что он может сделать что-нибудь неконтролируемое. Мне важно было знать, жив он или нет. А на счёт судьбы мамы мне ничего неизвестно. Ей сейчас 41, она старше моей приёмной мамы на один год. Папе - за 50.

Конечно, я хочу с ними встретиться. Интересно, как я буду ощущать себя рядом с ними. У меня такое чувство, что я будто в двух мирах, что есть прошлая жизнь, а потом произошло перерождение. До 5 лет я будто в капсуле жила какой-то, из которой выпала.

Папа был высоким, у мамы были длинные волосы и чёлка. Она всегда в кепке ходила. Мама работала кондуктором, папа - шофёром. Помню, они купили себе газель, такие счастливые были... Это была радость, что они чего-то добились. Вспоминаю сейчас, они как дети были просто, так радовались.

Помню еще, как мама купила мне джинсовку, костюм такой был очень красивый. Мы вставали в 5 утра, потому что их работа начиналась рано. Мне не хотелось вставать так рано, потому что не высыпалась, но ради джинсового костюмчика я вставала.

Детский дом сейчас

Последний раз я приезжала в детский дом погостить примерно год назад, нужно было получить некоторые документы. Там всё поменялось, для детей есть все условия. Каждый год они куда-то выезжают на отдых, условия проживания очень хорошие, есть даже салон красоты, спортзалы отличные… Но быть счастливым, живя в детском доме все равно невозможно. Комфорт и условия для развития детям конечно нужны. Только кроме этого необходимы другие вещи - неосязаемые, часто невидимые; нечто важное, что могут дать только по-настоящему родные люди.

Что могу сказать при встрече

Иногда я представляю себе встречу с кровными родителями. Наверное, я буду в ступоре, в шоке... Не знаешь, что сказать. Эмоции нахлынут, не выдержу и расплачусь, наверное. Хотелось бы, конечно, набраться сил и спокойно поговорить. Узнаю ли я их? Черты лиц совсем не помню. Только силуэты…

Похожие материалы