«Рукоять ножа делаю из рога архара»: неповторимые изделия казахского кузнеца

Казахи всегда особенно ценили кузнецов, которые гнули железо, ковали ножи и плели камчи. Оразбек Жакайулы продолжает это древнее ремесло в седьмом поколении и посвятил ему больше полувека. Сейчас в небольшой мастерской он делает изделия так, как научился у предков, и ведет дело своими силами. Теперь он хочет расширить мастерскую и вырастить учеников. Корреспондент  El.kz встретился с Оразбеком Жакайулы и поговорил с ним о тонкостях кузнечного дела, о том, кому сегодня нужны изделия ручной работы, и о будущем ремесла предков.

Ремесло, которое передается семь поколений

Оразбек Жакайулы с детства учился кузнечному делу рядом с отцом. Он с юных лет умел нагревать и обрабатывать железо, выводить лезвие ножа и делать рукояти. Со временем он соединил то, что видел у отца, с собственным опытом и продолжил семейное ремесло.

По словам мастера, кузнечным делом в его роду занимаются уже семь поколений. Предки делали все, что было нужно казахам в повседневной жизни.

— Кузнечным делом занимались все семь поколений наших предков. Сам я научился этому ремеслу у отца. Когда мы жили в Китае, делали все, что было нужно казахам. Шаныраки, седла со сбруей, ножи, все делалось вручную. Отец тоже делал шаныраки. Тогда на такие вещи был большой спрос, — рассказывает Оразбек Жакайулы.

Со временем изменились и способы изготовления, и запросы людей. Изделия из дерева и железа, которые раньше делали руками, начали вытеснять готовые заводские товары.

По словам мастера, спрос на традиционное ремесло особенно упал, когда появилось много дешевых изделий массового производства из Китая.

— Раньше мы сами делали и седла, и шаныраки. Потом появились юрты с железным каркасом и готовые седла. Люди стали покупать в магазине вместо того, чтобы заказывать у мастера. С ножами то же самое. А между вещью ручной работы и заводской есть разница, — говорит мастер.

Несмотря на это, Оразбек Жакайулы не оставил дело отцов. Сегодня в небольшой мастерской в селе Коянды он обрабатывает железо и делает изделия на заказ.

Даже один нож требует большого труда

В мастерской хранятся ножи разного размера, рукояти и ножны к ним, а также инструменты для работы. У каждой вещи здесь свое назначение и свои особенности изготовления.

Мастер рассказывает, что в быту казахи пользовались ножами нескольких видов. Нож для забоя скота и нож, которым каждый день режут мясо, отличаются и размером, и формой.

— Лезвие ножа для забоя скота длиной примерно 17–18 сантиметров. Таким ножом режем скот, снимаем шкуру, разделываем крупные куски мяса. А этот нож кладут на блюдо, им режут мясо, когда приходят гости. У маленьких ножей тоже свое назначение. Казахи пользовались каждым по надобности, — говорит он.

Мастер сам делает не только лезвие, но и рукоять с ножнами. Особое внимание он уделяет материалу для рукояти. У некоторых его ножей рукояти сделаны из рога диких животных.

— Это рог архара. Хороший материал для рукояти ножа, но встречается он редко. Когда находим, берем и пускаем в дело. Каждому ножу подбираем свою рукоять. Ножны тоже делаю сам. Бывает, пишу на изделии имя заказчика, — рассказывает кузнец.

У него хранятся и старые вещи, оставшиеся от отца. Одна из них, нож 1990 года, до сих пор несет на себе надпись с годом изготовления.

Для Оразбека Жакайулы ценность таких вещей определяется не только материалом. Они напоминают ему о труде отца и о ремесле всего рода.

Кузнец не сдает изделия в магазины и работает в основном на заказ. К нему обращаются давние знакомые, люди, которые видели его работы, и те, кто ищет подарок для близких.

— В магазины не сдаю, делаю только на заказ. Чаще приходят те, кто меня знает или видел мои прежние работы. Один купит, потом покажет другим. Так люди узнают друг от друга и звонят сами. Некоторые заказывают специально в подарок, — говорит он.

По словам мастера, цена изделия ручной работы зависит от затраченного времени и труда. Стоимость некоторых работ начинается с 15–20 тысяч тенге, потому что на одну вещь уходит целый день.

«Нож остается в наследство от отца к сыну»

Особое значение Оразбек Жакайулы придает ножу, который казахи всегда носили при себе. По его словам, этой вещью широко пользовались в быту. Пастух или путник никогда не расставался со своим ножом.

— У казахов есть поговорка, что настоящий мужчина с пустыми руками не ходит. Раньше, когда пасли скот, нож всегда был при нас. Нужно мясо нарезать или другую работу сделать, он под рукой. Поэтому нож был необходимым инструментом, который каждый носил с собой. Ножны к нему я тоже делаю сам, — рассказывает кузнец.

Он считает, что нож служит не только в хозяйстве, но и переходит из поколения в поколение как наследство. Некоторые приносят мастеру ножи, сделанные десятки лет назад, и просят обновить износившиеся части.

— Ко мне приходят люди с ножом, которым пользовались пятьдесят лет. Если рукоять стерлась, делаю новую. И этот нож может прослужить еще пятьдесят лет. Если он сохранится сто лет, разве он не станет наследством от деда к внуку? Даже в маленькой казахской вещи заложен такой большой смысл, — говорит Оразбек Жакайулы.

Мастер уверен, что в этом и заключается ценность ремесла. Хорошо сделанная вещь служит долго и передает следующим поколениям труд и умение того, кто ее создал.

Какой должна быть казахская камча

Помимо ножей, Оразбек Жакайулы плетет камчи. По его словам, сегодня камчу чаще заказывают, чтобы повесить на почетном месте в доме или преподнести в подарок, чем для повседневного дела.

Отдельно мастер рассказал о плетении камчи и способах ее изготовления. Казахские мастера плели камчу из разного числа кожаных полос и украшали рукоять разными материалами.

— У казахов есть камчи в шесть полос и в девять полос. Плели их в четыре грани, в шесть, восемь, двенадцать граней. Все зависит от мастерства рук. Раньше были мастера, которые украшали рукоять камчи серебром. Камчу делали как настоящее произведение искусства, — говорит он.

Кузнец хочет, чтобы у каждого изделия была своя особенность. Поэтому он внимательно подбирает плетение, цвет и форму рукояти. Если появится возможность, в будущем он хотел бы делать больше камчей с серебряной отделкой.

— Хорошо, когда на почетном месте в каждом казахском доме висит камча. Видов камчи много, ее можно сделать по-разному. Если дело будет развиваться и возможностей станет больше, можно украшать рукоять серебром и делать еще более необычные вещи. Мы стараемся, чтобы каждая вещь была особенной, — говорит мастер.

Мастер ищет возможность расширить мастерскую

Оразбек Жакайулы занимается кузнечным делом больше полувека, но не скрывает, что расширить его непросто. Для качественной работы нужны специальные инструменты и материалы, а они дорожают с каждым годом.

Часть оборудования мастер заказывает из Китая. Например, на один из нужных инструментов он потратил 400 тысяч тенге.

— Нам уже шестьдесят лет. Все необходимое стоит дорого. Один инструмент я заказал из Китая за 400 тысяч тенге. Большую часть оборудования в мастерской купил на свои деньги. До сих пор не получал никаких государственных грантов. Все делаю своими силами, — говорит он.

Оразбек Жакайулы готов участвовать в программах господдержки и хотел бы с их помощью развить дело и расширить мастерскую. Однако пока он не знает, в какой программе можно участвовать и как получить нужные средства.

— Хочу увеличить мастерскую и расширить работу. Если будет поддержка, можно купить нужное оборудование и делать больше видов изделий. Но где и как получить грант, я толком не знаю. Пока работаю своими силами, — говорит мастер.

Кузнечное дело для него не только способ заработка. Поэтому, говоря о развитии, он в первую очередь думает о том, как сохранить искусство, доставшееся от предков.

«Хочу вырастить учеников и передать то, что умею»

Главная цель мастера на будущее состоит в том, чтобы вырастить учеников, которые продолжат кузнечное дело. Он хочет, чтобы это искусство дошло до следующих поколений и не осталось в руках одного человека.

Оразбек Жакайулы считает важным дать возможность молодым людям, которые хотят научиться ремеслу. Особенно он думает о том, чтобы обучать людей с ограниченной подвижностью, которые могут работать руками.

— В будущем хочу расширить мастерскую и вырастить учеников. Если найдутся люди с ограниченными возможностями, у которых руки умелые, хочу научить и их этому искусству. Освоит человек ремесло, и ему самому будет польза. Моя цель в том, чтобы развивать кузнечное дело и оставить его следующим поколениям, — говорит он.

Чтобы воплотить задуманное, нужно улучшить условия в мастерской и купить дополнительное оборудование. Поэтому в ближайшее время мастер планирует узнать о возможностях господдержки.

— Если государство окажет поддержку, я бы расширил свое дело. Это же искусство, оставшееся казахам от предков. Хочу не потерять его и развивать дальше. Хочу вырастить учеников и передать им то, что умею. Будут средства и условия, тогда все это можно сделать, — говорит Оразбек Жакайулы.

Мастер, отдавший кузнечному делу больше полувека, продолжает работать в своей небольшой мастерской. Ремесло, которому он когда-то учился рядом с отцом, стало частью его каждодневной жизни. В каждом ноже и каждой камче его работы виден след семейного искусства, которое передается уже семь поколений.

Теперь Оразбек Жакайулы надеется, что найдутся молодые люди, готовые освоить это искусство. От учеников зависит, продолжится ли ремесло, которое не прерывалось семь поколений.