Весной 1241 года европейские короли писали друг другу панические письма. Бату-хан только что смел всё, что стояло у них на пути от Волги до Адриатики, и никакой реальной силы впереди не было. Однако удар так и не последовал. За этой остановкой стоит не одна причина, а целый узел политических, военных и экономических противоречий, который в итоге и спас Европу. Читайте подробности в обзоре El.kz
Советский писатель Василий Ян в романе «Батый» уделил кипчакам особое место — они у него полноправные герои, а не просто фон. И это исторически точнее, чем принято думать.
Монголы составляли менее трети армии Бату. Остальные были кипчаки, как главная ударная сила улуса Джучи. Но были и представители других побежденных народов.
Легница: тулгама против рыцарского клина
9 апреля 1241 года у Легницы столкнулись армия степняков под командованием Байдара и объединённое польско-немецкое войско князя Генриха Благочестивого — воины Великой и Малой Польши, силезские рыцари, французские тамплиеры, рыцари Тевтонского ордена. Европейцы верили в рыцарский клин — сомкнутый удар тяжёлой конницы, который сметал любого врага.
Монголо-кипчакская армия ответила тулгамой. При этом приёме нападавшие двигались во фланг противнику сбоку, проходя между рядами и безнаказанно убивая. Пока рыцари перестраивались, лёгкая конница уже заходила с другого фланга. Остановить это движение в тяжёлых доспехах было невозможно — рыцарь не успевал повернуть коня. Стрела лука номадов на расстоянии до 200 метров убивала лошадь или пробивала кольчугу навылет. Рыцарская конница просто истекала кровью, не сближаясь с противником. Генрих Благочестивый погиб, его войско было уничтожено.
Шайо: ночной обход и добивание тяжёлой конницей
При местечке Шайо схема боя была сложнее. Субедей ночью переправился через реку южнее моста, обойдя венгерский лагерь с фланга, пока другая часть войска отвлекала короля в лобовой атаке. Когда венгры бросились в прорыв через намеренно оставленную брешь в окружении, их ждала ловушка на открытой местности.
Лобовая атака тяжёлой конницы войско номадов опиралась на удар массой коня — после долгого изматывающего обстрела лёгкой кавалерией из луков, которая нарушала общий строй, в бой шли тяжёлые всадники, а за ними лёгкая конница добивала рассеянного противника. Именно эта классическая схема — сначала лучники, потом таранный удар бронированной конницы — была применена при Шайо в полную силу Субедеем.
Венгры лишились куманской союзной конницы ещё до битвы — хан Котян был убит венгерской знатью, и его войска в ярости покинули страну. Без этой конницы армия Белы IV оказалась беззащитна на открытом поле. Погибли до 70% войска, включая многих баронов и епископов. Бела IV бежал в Хорватию.
Каракорум: удар в спину в любой момент
И всё же Бату остановился. До него дошли вести о смерти хана Угедея в декабре 1241 года, что сулило междуусобицу. Некоторые наследники, прервав поход, поспешили в Каракорум. Для Бату это был не просто сигнал к отступлению — это был вопрос выживания.
Бату выжидал, а пока отправил русских князей в Каракорум. В 1246 году великий князь Ярослав Всеволодович отправился в Каракорум на торжества по случаю воцарения Гуюка. Великий хан Гуюк был другом православия и, казалось, всё складывалось хорошо для Ярослава. Но великий князь Ярослав - отец Александра Невского умер от яда, данного ему вдовствующей ханшей Туракиной — по доносу о якобы тайных контактах с папой римским. Сама Туракина вскоре умерла, отравленная уже своим окружением. Каракорум жил по своим правилам
Краеугольным камнем политического кризиса стало противостояние Бату и центрального монгольского правительства в лице сначала регентши Туракин-хатун, потом Гуюка и далее его вдовы регентши Огул-Гаймыш. Поход на запад означал оставить спину открытой.
Гуюк-хан: армия, которая шла убивать Бату
Бату не был загнан в угол — он был опытным завоевателем с ресурсами улуса Джучи за спиной. Ещё в 1241 году он по собственной инициативе двинул армию в Венгрию и Германию, имея планы дойти до последнего моря. Это не человек, который бежит от конфликта.
Но когда великим ханом стал Гуюк — его давний личный враг ни о каком походе не могло быть и речи. Личная ненависть между ними копилась ещё с европейского похода, где они поссорились настолько, что Угедей был вынужден отозвать сына домой. Гуюк выступил в поход против Бату с армией.
В книге "Золотая орда" Ильяса Есенберлина описано это жестокое противостояние, Гуюк-хан вышел с трехсоттысячной армией, а Бату отправился навстречу с таким же войском.
Бату располагал армией, способной бросить вызов Каракоруму. Для примера, союзнический корпус, который он отправил Мункэ в 1251 году, насчитывал 100 тысяч тюркских воинов под командованием темника Бурундая — и это была лишь часть ресурсов улуса Джучи. Современники оценивали суммарные силы Бату в несколько сотен тысяч с учётом кипчаков. Это была бы жестокая равная схватка — не избиение, а столкновение двух колоссов. Вдова Толуя Сорхагтани-Бэки заранее предупредила Бату о выдвижении Гуюка, и тот собирал силы.
Гуюк умер на марше, не дойдя до Волги. Смерть хана остановила войну внутри империи. Но пока эта угроза висела над Бату, никакого нового удара на запад быть не могло — воевать одновременно с Каракорумом за спиной и с Европой впереди не взялся бы и Субедей.
Огул-Гаймыш: ханша, которую ненавидел Бату
После смерти Гуюка в 1248 году власть в Каракоруме перешла к его вдове Огул-Гаймыш. Она распределяла уделы Золотой орды как личную собственность — с той же уверенностью, с какой угрожала всем, кто осмеливался спорить.
Бату имел все основания её бояться. Положение Бату было крайне сложным: надеяться на помощь Каракорума он не мог — там правила враждебная ему линия Угэдэидов. Наместники Бату были вытеснены из владений в Иране. Каракорум методично сжимал тиски.
Сыновья Огул-Гаймыш даже совершили попытку покушения на нового претендента Мункэ, союзника Бату, — покушение не удалось. Когда Мункэ всё же взошёл на престол в 1251 году при поддержке Бату, он устроил суд над противниками. Огул-Гаймыш была осуждена и казнена — зашита живой в войлочный мешок, чтобы не пролить крови чингизида. Угроза для Золотой орды исчезла, но пока она существовала, ни о каком новом походе на Европу не могло быть и речи
Хулагуиды и Чагатаиды: соседи, которые смотрели с ножом за спиной
Золотая орда была зажата между несколькими улусами, каждый из которых мог стать врагом. Трассы торговых путей и границы сфер влияния были постоянным источником напряжения. Чуть позже, когда границы улусов окончательно оформятся, Золотая Орда окажется зажата между сильными соседями. На юге вырастет держава Хулагуидов, контролирующая Закавказье.. Оставлять эти направления без присмотра ради туманных европейских перспектив было стратегическим безумием. Чагатайский улус на востоке также не был дружественным — граница между ним и Ордой проходила по Сырдарье и Амударье.
Уйти воевать в Европу означало для Бату оставить южный и восточный фланги без прикрытия. При таком окружении стратегия была очевидна: сидеть в центре, держать под контролем степные коридоры и не давать никому усилиться за твой счёт.
Шёлковый путь: зачем воевать, если можно торговать
Золотая орда нашла своё место в мировой экономике без завоевания Европы. Огромные размеры государства позволяли контролировать большой отрезок Великого шёлкового пути от границ Китая до Средиземного моря. Сарай на Волге стал одним из крупнейших городов мира, через него шли шёлк, пряности, меха, рабы. Воевать с Европой было незачем — она сама везла деньги на ордынские рынки.
Необратимый распад Орды начался после разгрома её экономических центров Тамерланом в 1395–1396 годах. Дальнейший упадок городов и торговли был связан с тем, что основные трассы торговых путей переместились на юг. Добил её не меч, а корабль. Развитие морского флота и Великие географические открытия в конце XV — начале XVI веков привели к тому, что Шёлковый путь постепенно терял актуальность и приходил в упадок. Когда португальцы открыли морской путь в Индию вокруг Африки, надобность в степном транзите исчезла. Орда лишилась своего главного ресурса — не армии, а торговой ренты — и медленно рассыпалась.
Казахи - наследники Золотой орды: что говорит российский ученый
