В начале XX века образованные казахи нередко появлялись в турецких фесках — красных войлочных шапках с кисточкой, которые были символом Османской империи. На самом деле за этим головным убором стояла целая история о поиске союзников.
В то время, Османская империя оставалась единственной крупной мусульманской державой на планете. Она управляла огромными территориями от Балкан до Аравийского полуострова и держалась несмотря на давление европейских держав. Для казахской интеллигенции это был живой пример того, что мусульманский и тюркский народ должен иметь государственность.
Причём Османская империя воспринималась как более справедливая система, чем колониальные империи Запада. Европейцы в Африке и Азии уничтожали местные культуры, вводили расовое разделение, запрещали родные языки. Османы же веками допускали разные народы и религии в своё государственное устройство — христиане, евреи, арабы занимали посты и вели торговлю.
Мыржакып Дулатов
Одним из тех, кто фотографировался в феске Мыржакып Дулатов. Он автор стиха "Оян қазақ" и романа "Несчастная Жамал". Его судьба — одна из самых горьких среди деятелей Алаша.
Он был арестован в конце 1928 года. Два года провёл в тюрьме, после чего его этапировали на Соловецкие острова — в один из самых страшных лагерей советской эпохи, затерянный в Белом море у берегов Карелии. Туда отправляли тех, кого власть считала особенно опасными.
На Соловках он работал фельдшером в лагерной больнице — помог устроиться православный священник Павел Флоренский, сам заключённый и один из крупнейших религиозных мыслителей России, тоже погибший в лагерях.
5 октября 1935 года Мыржакып Дулатов скончался в Центральном лазарете Соловецкого лагеря. Ему было 49 лет. Его тело похоронено на вольном кладбище — точное место до сих пор неизвестно.
Его жена Гайнижамал после ареста мужа осталась одна с детьми. Сын Алибек умер совсем маленьким ещё в те годы. Выжила только дочь Гульнар, которая стала врачом и всю жизнь собирала документы, фотографии и личные вещи отца, передавая их в музеи Казахстана.
Реабилитировали Дулатова посмертно. Его имя вернулось к народу только в конце 1980-х — спустя полвека после смерти.
Джадидисты - реформаторы
Османская Турция к тому времени имела развитую прессу, университеты, литературу. Казахским интеллектуалам, которые хотели получить образование вне российской системы, Стамбул открывал другую дверь.
Важную роль здесь сыграло движение джадидизма — реформаторское течение среди мусульманских народов России. Джадиды выступали за современное образование, печатное слово и политическое пробуждение. Их идеи распространялись именно через тюркские языки — крымскотатарский, татарский, османский. Казахская газета «Қазақ», вокруг которой объединилась вся передовая интеллигенция, питалась в том числе этими идеями.
Феска как жест, а не программа
Впрочем протоколы казахских съездов 1917 года — тургайского, уральского, всеказахского — не содержат ни одного пункта об объединении тюркских народов или создании единого государства. Лидеры Алаш-Орды, тот же Букейханов или Байтурсынов, добивались автономии — и только.
Феска на голове казахского интеллигента вызывала у царских чиновников нервную реакцию — и не случайно. Любые связи с Османской империей трактовались как политическая угроза. Третье охранное отделение фиксировало «панисламизм» и «пантюркизм» там, где люди просто читали одни и те же журналы или носили похожие головные уборы.
Советская власть позже продолжила ту же логику. Турар Рыскулов был обвинён в «пантюркизме» за то, что хотел сохранить единство Туркестана. Ахмет Байтурсынов расстрелян по обвинению в связях с «тюркской народной партией».
