©El.kz/Марина РУЗМАТОВА/ChatGPT

От зависимости к действиям: как развитые страны борются с социальным иждивенчеством

Социальное иждивенчество – одна из наименее обсуждаемых, но глубоко укоренившихся проблем современного общества, сообщает El.kz.

Когда система социальной поддержки превращается из временной помощи в постоянный источник дохода, она перестаёт быть инструментом защиты и становится ловушкой. Люди теряют мотивацию к труду, перекладывая ответственность за свою жизнь на государство.

Развитые страны столкнулись с этим кризисом ещё в XX веке и нашли собственные, порой болезненные, но эффективные решения. От Великобритании до Дании правительства реформировали подход к пособиям, перестроив модель социальной поддержки с пассивного иждивенчества на активное участие граждан в жизни общества.

Именно этот путь – от зависимости к действию – становится примером для стран, которые сегодня выстраивают устойчивую социальную политику. Казахстан, находясь на этапе модернизации, может многое почерпнуть из этого опыта.

Что такое социальное иждивенчество и почему оно возникает

Термин «социальное иждивенчество» описывает ситуацию, когда человек или семья систематически живут за счёт государственных пособий, не предпринимая реальных попыток изменить своё положение. Формально это – результат добрых намерений государства помочь уязвимым группам, но на практике долгосрочная поддержка без условий часто превращается в порочный круг зависимости.

Экономисты называют это «ловушкой бедности»: чем дольше человек получает пособие, тем меньше стимулов у него искать работу или осваивать новые навыки. К примеру, исследования Всемирного банка показывают, что при отсутствии чётких условий получения выплат уровень трудовой активности в обществе снижается на 10–15%.

Причины иждивенчества сложнее, чем простое нежелание работать. Это и психологическая усталость от безысходности, и отсутствие доступных рабочих мест, и недостаток образования, и слабая вера в возможность улучшить жизнь собственными силами. В странах с высоким уровнем бюрократии и неэффективными институтами поддержки – проблема усугубляется.

Именно поэтому развитые государства сделали ставку на активную социальную политику: чтобы помощь не превращалась в зависимость, а становилась трамплином к самостоятельности.

Опыт Великобритании: от «государства благоденствия» к дисциплине труда

Великобритания одной из первых столкнулась с кризисом социального иждивенчества. После Второй мировой войны страна выстроила мощную систему поддержки граждан – от бесплатного здравоохранения до пособий по безработице. Но уже к 1980-м годам стало очевидно: число людей, живущих на пособия, растёт быстрее, чем создаются новые рабочие места.

Правительство Маргарет Тэтчер решило изменить саму философию помощи: государство больше не должно быть «няней», а гражданин – не должен воспринимать пособие как пожизненную привилегию. Эта линия получила продолжение в 2010-е годы, когда кабинет Дэвида Кэмерона провёл крупнейшую реформу – Universal Credit.

Новая система объединила несколько видов пособий в одно и ввела ключевой принцип: деньги получаешь – только если активно ищешь работу или проходишь обучение. За этим последовали программы “Back to Work” и “Work Capability Assessment”, обязывающие безработных посещать центры занятости, предоставлять отчёт о поиске работы и участвовать в курсах переквалификации.

Результат оказался заметен: уровень безработицы снизился почти вдвое, а расходы на социальную помощь сократились на миллиарды фунтов. Однако реформы вызвали и споры – критики обвиняли власти в чрезмерной жёсткости, особенно по отношению к инвалидам и малообеспеченным семьям.

Тем не менее, британская модель стала примером того, как можно вернуть экономическую активность обществу, не разрушая систему социальной поддержки.

Германия: реформы Hartz и рождение «активного гражданина»

В начале 2000-х Германия переживала глубокий экономический кризис: рост безработицы, стагнация рынка труда и миллионы людей, годами живших на пособия. Тогда федеральное правительство во главе с Герхардом Шрёдером запустило серию преобразований, вошедших в историю как реформы Hartz I–IV – по имени руководителя комиссии, предложившей эти меры, Петера Хартца.

Главная идея заключалась в том, что помощь должна быть связана с активностью. Пособия теперь предоставлялись только тем, кто участвовал в программах трудоустройства, переквалификации или общественно полезных работах. Были созданы Jobcenter – новые центры занятости, где каждому безработному назначался персональный консультант. Вместе они составляли план возвращения к труду: обучение, стажировка, волонтёрство.

Такой подход изменил само восприятие социальной поддержки. Германия отказалась от «пожизненного содержания» и ввела принцип: «государство помогает тому, кто помогает себе». Если человек без уважительной причины отказывался от предложенной работы или обучения, пособие могли сократить или временно приостановить.

Эффект оказался впечатляющим: за десять лет безработица снизилась с 11% до 5%, а немецкая экономика укрепила позиции как одной из самых конкурентоспособных в Европе. Конечно, реформы сопровождались протестами, но со временем общество признало их необходимость.

Эта модель стала символом перехода от пассивного иждивенчества к культуре личной ответственности.

США и Канада: помощь, которую нужно заслужить

В 1990-е годы Соединённые Штаты столкнулись с аналогичной проблемой: миллионы семей поколениями жили на государственных дотациях. Пособия перестали быть временной поддержкой – они стали образом жизни. Тогда президент Билл Клинтон заявил: «Мы завершаем эру бесконечных пособий и начинаем эпоху ответственности». Так в 1996 году появилась реформа TANF (Temporary Assistance for Needy Families) – «временная помощь нуждающимся семьям».

Главное новшество – ограничения по времени. Получать пособие можно не более пяти лет за всю жизнь, и только при условии активного поиска работы, учёбы или волонтёрской деятельности. В некоторых штатах для этого создали общественные программы, где человек должен был трудиться определённое количество часов, чтобы сохранить право на выплаты.

Реформа резко сократила число иждивенцев: за пять лет количество получателей пособий снизилось почти в три раза. Но вместе с этим выросло значение общественных организаций и локальных инициатив – именно они помогали людям адаптироваться к новой реальности.

Канада пошла тем же путём, внедрив систему Workfare – «работай за пособие». Получатель обязан либо проходить обучение, либо участвовать в социальных проектах. Взамен государство предоставляет не только пособие, но и налоговые льготы для низкооплачиваемых работников, стимулируя честный труд.

Эти программы доказали: даже мягкое принуждение к активности способно вернуть людей на рынок труда и снизить нагрузку на бюджет.

Скандинавский подход: доверие, но с обязательством действовать

Швеция, Дания и Норвегия сумели найти баланс между социальной защитой и личной ответственностью. Их модель известна под названием «flexicurity» – сочетание гибкости и безопасности. Суть проста: государство щедро поддерживает гражданина в трудный период, но ожидает от него активности и готовности меняться.

В Скандинавии безработный не получает просто «деньги на жизнь» – он вступает в своего рода партнёрство с государством. Центры занятости предоставляют персональные программы: обучение, психологическую поддержку, волонтёрство или помощь в запуске малого бизнеса. Если человек отказывается участвовать – выплаты сокращаются или приостанавливаются.

Особенно успешна в этом плане Дания. Её система позволяет увольнять работников без сложных процедур, зато гарантирует, что почти каждый из них быстро найдёт новую работу: около 80% безработных возвращаются в строй в течение года. Этому способствуют не только курсы переквалификации, но и высокий уровень доверия в обществе – здесь не стыдно просить помощи, но и не принято злоупотреблять ею.

В Швеции и Норвегии акцент сделан на равенстве возможностей. Там поддерживают не столько безработных, сколько стремящихся трудиться – молодёжь, матерей, мигрантов. В результате социальные расходы остаются высокими, но иждивенчество не становится массовым явлением.

Скандинавская модель показывает: ключ к успеху – не наказание, а стимулирование и вера в человека.

Главные принципы борьбы с иждивенчеством в развитых странах

Опыт ведущих экономик мира показывает: устойчивое общество не может существовать, если помощь превращается в зависимость. Реформы в Британии, Германии, США и Скандинавии разные по форме, но объединены общими принципами, которые доказали свою эффективность.

Первый и главный принцип – активная социальная политика. Государство не просто выдаёт деньги, а требует действий: поиска работы, участия в обучении, стажировке, общественной деятельности. Это не наказание, а способ вернуть человеку уверенность и привычку быть полезным.

Второй – «деньги в обмен на ответственность». Пособие становится не подарком, а частью контракта между гражданином и государством. Получатель должен выполнять условия – тогда помощь становится заслуженной, а не навязанной.

Третий принцип – инвестиции в человека. Почти все развитые страны направляют миллиарды долларов на переквалификацию, цифровое образование, поддержку предпринимательства. Государство понимает: выгоднее научить зарабатывать, чем кормить без цели.

Четвёртый – налоговые стимулы. Чтобы честный труд был выгоднее пособий, рабочим с низким доходом предоставляют льготы, а работодателям – субсидии за найм тех, кто долго не работал.

И, наконец, пятый принцип – общественный контроль и уважение к труду. Иждивенчество перестаёт быть нормой, когда труд снова становится социальной ценностью. В этом смысле реформы не только экономические, но и культурные.

Эти принципы формируют основу для перехода от «пассивной благотворительности» к «социальному партнёрству».

Казахстан: от адресной помощи к активному участию

Казахстан за последние годы сделал значительные шаги в развитии системы социальной поддержки, но перед страной всё ещё стоит вызов – как избежать превращения помощи в зависимость. Сегодня государство активно реформирует подход к малообеспеченным семьям, усиливая адресность и стимулируя занятость.

Ключевым элементом стала адресная социальная помощь (АСП). Её получают только те семьи, чей доход ниже черты бедности, при этом важным условием является участие трудоспособных членов семьи в программах занятости. Министерство труда и социальной защиты населения внедрило механизм «социального контракта», который предполагает обучение, переобучение, микрокредитование и содействие в трудоустройстве.

Программы «Еңбек» и «Жастар практикасы» помогают гражданам получить профессию и начать собственное дело. По данным ведомства, только в 2024 году более 270 тысяч человек прошли обучение и стажировку, а тысячи открыли микробизнес с господдержкой.

Однако эксперты отмечают, что для устойчивого эффекта нужно развивать региональные центры занятости, усиливать работу с семьями на местах и внедрять принцип «активного получателя» – как в Германии или Канаде. Важен не только контроль, но и мотивация: человек должен понимать, что усилия вознаграждаются, а пассивность – лишает шанса на поддержку.

Для Казахстана переход от иждивенческой модели к модели развития – вопрос не только экономики, но и национальной культуры труда, которая всегда была частью нашей идентичности.

От зависимости – к ответственности

Социальное иждивенчество – это не просто экономическая проблема, а кризис веры человека в самого себя. Когда общество живёт в ожидании, что государство решит всё за него, исчезает энергия, которая двигает развитие – инициатива, созидание, желание быть полезным.

Развитые страны поняли это раньше и перешли к новому типу мышления: помощь не как милостыня, а как партнёрство. Государство предоставляет возможности, но человек должен сделать шаг навстречу – выучиться, начать работать, открыть своё дело, взять ответственность за будущее семьи.

Для Казахстана этот путь только начинается. Но потенциал огромен: трудолюбие, стойкость и взаимовыручка всегда были в нашей культуре. И если социальная поддержка будет не порождать зависимость, а давать крылья, то каждый гражданин сможет внести свой вклад в общее процветание.

В Казахстане упразднят неэффективные пособия и выплаты: до 1 декабря разработают новый стандарт.