Журналистика в Казахстане: Особенности профессии глазами профессионалов

Казахстан берет курс на повышение конкурентоспособности СМИ и укрепление роли институтов гражданского общества. В своем Послании «Новый Казахстан: Путь обновления и модернизации» Глава государства Касым-Жомарт Токаев отмечает, что «в современную эпоху для любой прогрессивной страны критически важно иметь конкурентоспособные и свободные средства массовой информации». 

Насколько свободны журналисты в Казахстане и о том, каково быть представителем прессы в наши дни, корреспонденту El.kz рассказали опытные казахстанские журналисты Салауат Игликов и Марина Низовкина.

- Салауат, полтора года назад Вы исчезли с экрана одного из главных телеканалов страны. При этом многие отметили, что Вы стали намного активнее вести свои страницы в социальных сетях. Различные СМИ все чаще стали ссылаться на Вас, как на пользователя Instagram и некоторые коллеги даже подумали, что Вы решили уйти в блогерство. Рассматриваете ли Вы такой вариант?

- Конечно, нет. Журналистика и блогерство это совершенно разные вещи. Я четко разграничиваю эти два понятия и позиционирую себя исключительно как журналист. По моему мнению блогеры гонятся за количеством подписчиков и зарабатывают в социальных сетях. Я же публикуюсь в соцсетях исключительно как журналист - делаю анонсы, пишу то, что осталось за кадром и выражаю собственное мнение. При этом у меня есть основная работа – на сегодня я являюсь корреспондентом общественно-политической газеты «Наша жизнь», когда есть предложения, пишу и для других изданий, делаю видеоматериалы на базе частных видеостудий.


Первая моя проба пера состоялась еще в «Пионерской правде». За годы профессиональной деятельности работал журналистом радиостанции "Ирбис", корреспондентом в телекомпаниях "Иртыш-ТВ", "НТК", более 20 лет он отработал в агентстве "Хабар". При этом я являюсь преподавателем на факультете журналистики в Инновационном Евразийском университете.

- Насколько охотно сейчас идут учиться на журналистов?

- За время своей преподавательской деятельности я заметил, что в журналистику приходит достаточно много молодежи. Есть очень интересные представители, со своим необычным взглядом. Но как показывает практика, далеко не все из них останутся в этой профессии.

Молодежь много времени проводит в виртуальном пространстве. Если ты журналист, надо спускаться иногда на землю и жить среди людей, ходить пешком, ездить в автобусе. Еще я считаю, что журналист всегда должен уходить в числе последних, так как самое интересное происходит именно в конце.

- А как по-Вашему обстоит дело со «свободой слова» в Казахстане?

- Ситуация со «свободой слова» у нас сейчас намного лучше, чем в России, где сейчас практически нет возможности работать в независимой прессе. За последний месяц из-за цензуры в соседней стране закрылись несколько крупных СМИ, которые прежде могли позволить себе критиковать официальные госорганы и указывать на их ошибки и нарушения.

Плюс блокировка социальных сетей, и введенные жесткие меры наказания. У нас есть возможность открыто говорить о том, что волнует население, указывать на болевые моменты, предлагать альтернативные взгляды и мнения. Конечно, в рамках закона и этики. Поэтому, я считаю, что у нас более либеральное общество, и демократичное законодательство. Однако изменения нужны, но только в сторону открытости и свободы мнений.

Если держать СМИ в ежовых в рукавицах это ни к чему хорошему не приведёт. Информация должна быть открытой и доступной и доходить до широких масс, чтобы избежать каких-то сомнений и дать возможность обществу делать свои выводы.


- Вы нередко понимаете очень острые темы в своих материалах, проводите журналистское расследование, разоблачаете правонарушителей. Вы не боитесь, что Вам будут мстить?

- Да, действительно, журналистом быть иногда не безопасно. В мой адрес ни раз поступали угрозы, и даже приходилось уходить от погони, так как мои материалы препятствовали деятельности браконьеров, черных лесорубов и прочих незаконопослушных граждан.

Однажды мне позвонили из села, где я был лет 15 назад и сообщили о бесчинстве правоохранительных органов. К утру мы с оператором выехали к месту, записали потерпевших, воспроизвели хронологию событий. На обратной дороге мне все время поступали звонки с рекомендациями не выдавать этот материал в эфир. Но мы все равно выдали этот сюжет, после чего проводилось расследование и виновные понесли ответственность.

Иногда коллеги даже боялись меня отпускать одного и сопровождали в целях безопасности до самого дома. Но это вообще не повод уходить из профессии. Я получаю моральное удовлетворение от того, что мои материалы помогают что-то решить, открыть чье-то имя, поддержать талантливого ребенка в самом начале его творческого пути.

Некоторых героев моих материалов я знаю с их детства. Я рассказывал людям о Марии Мудряк, когда ей было 6 лет, бывал у них дома. Через несколько лет даже поехал в Милан, когда люди стали задавать вопросы, действительно ли она там учится.

Алексей Лодочников - один из последних детей, чью судьбу отслеживала наша творческая команда еще когда мы работали на республиканском телеканале. В свои 14 лет мальчик отлично играл на домбре, знал множество древних кюев и казахских народных песен.

Сейчас он уже взрослый, известный. Его позвали на работу в столицу. Он воспитывался в детском доме. На Президентской елке подбежал к нам, и сказал, что знает нас. И меня и оператора, потому что видел по телевизору. С тех пор мы ни раз ездили к нему. Помогали устроить выступление во время концерта Президентского оркестра. Всего один номер, но он так здорово сыграл и получил шквал аплодисментов в зале Дома культуры. Вот ради таких моментов и стоит идти в журналистику.


- Марина, а как давно Вы в журналистике? Ваше лицо хорошо известно не только жителям Шымкента, где Вы проживаете, но и всего Казахстана.

- Свои первые шаги в журналистике я начала делать с 15 лет, работая в детской редакции телеканала «Отрар», который в то время назывался «Караван». Затем работала в молодежной редакции. Когда подошло время определяться с профессией, раздумывать не пришлось и я поступила на факультет журналистики.

Я очень хотела быть похожей на Влада Листьева. Он был моим кумиром. Поэтому я и решила стать журналистом.

По возвращении в Шымкент продолжила работу на родном телеканале, стала редактором новостей, а потом и шеф-редактором мультимедийной редакции. Но до сих пор я постоянно посещаю всевозможные тренинги, курсы и семинары по журналистике. Я думаю, что журналисту всегда есть чему учиться и повышать свой профессионализм.

Со временем я стала собственным корреспондентом «7 канала», «КТК», а теперь работаю на телеканале с интернет-вещанием. Параллельно с этим руковожу собственным проектом, где выходят новости Казахстана, который изначально я приобрела для занятий благотворительностью.


- Марина, как Вы считаете, чего не хватает казахстанским журналистам?

- Я думаю, сейчас журналистике в Казахстане не хватает независимости от бюджетных денег. Так как рекламный рынок стал очень слабым за время пандемии и СМИ уже не могут выживать за счет собственных средств. А участие в госзаказе накладывает определенную ответственность.

Я считаю, что независимый журналист не должен работать за бюджетные деньги при всем моем уважении к коллегам из республиканских каналов, газет и интернет ресурсов. Многие возмущаются, что журналист не может получить жилье по госпрограмме. Но, на то он и журналист, чтобы не зависеть от того, кто дал ему ту же квартиру. Руководя своим собственным проектом, мы отказываемся от госзаказа. Потому что мы хотим сохранить ту редкую независимую журналистику, которая еще осталась, чтобы не петь дифирамбы чиновникам, а показывать все как есть на самом деле. И смело говорить о том, что, к примеру, дороги порой ремонтируют за деньги налогоплательщиков настолько плохо, что лучше бы этого не делали вообще. Это сейчас могут позволить себе далеко не все СМИ.

Я также считаю, что некоторым журналистам не хватает ответственности за свое слово. И речь идет не только о соблюдении законов, но и об элементарных человеческих моральных принципах и профессиональной этике.

Я, к примеру, не позволяю себе публично критиковать коллег. Иногда очень хочется это сделать, но элементарная журналистская этика, которой меня учили много лет назад в вузе, не дает мне это делать. Также молодым журналистам не хватает практики и стремления учиться. Они считают, что если они пришли с красным дипломом, то они асы в нашем деле. Но это далеко не так. Даже самым лучшим специалистам с большим опытом всегда есть чему учиться.

Журналист должен быть любопытным и с активной гражданской позицией. Поэтому я всегда стараюсь поднимать наиболее актуальные темы и стремлюсь быть в эпицентре событий, даже если это совсем не безопасно для меня. 


- А какие наиболее опасные моменты за время Вашей журналистской деятельности Вы помните?

- Один из самых опасных моментов был в Арыси во время взрывов на складе боеприпасов в 2019 году. Я узнала о взрывах в Арыси из Интернета. О взрывах в этом городе я слышала и раньше. Но на этот раз кадры не оставили меня равнодушной, и я решила поехать и сделать об этом материал, не смотря на отговорки супруга. На съемки эксклюзивного материала позвала с собой таких же коллег-энтузиастов. Но никто из нас на тот момент не представлял себе реальные масштабы ЧП.

Мы поехали в Арысь с коллегами окольными путями. Было жутко, когда военные рассказывали о том, что там происходит, но мы уже не могли вернуться без фото и видео. Коллеги поймут, о чем я говорю. Всю серьезность происходящего мы поняли только когда прогремел взрыв и нашу машину чуть не перевернуло от ударной волны. Мы думали, что у нас вылетит лобовое стекло. Вот тогда стало реально страшно. Мы ехали еще километров 20 по пустым улицам без остановки на всей скорости. Потом остановились, выдохнули с облегчением, что отъехали на безопасное расстояние, но тут кто-то из коллег заметил следы от снарядов. Мы быстро сели в машину и поехали дальше.


А еще один очень страшный момент был, когда я осмелилась участвовать в испытании дома на сейсмоустойчивость при землетрясении в 9 баллов. Мы договорились с оператором, что как только откачает, я запишу стэндап. Но качало так, что я не видела даже тех, кто сидел в метре от меня. Это было страшно настолько, что никакого стэндапа после этого записать я уже не смогла.

Хочется отметить, что при всей своей опасности, журналистика далеко не самая высокооплачиваемая профессия. Ради денег сюда точно идти не стоит. Молодежь должна понимать, что здесь можно стать знаменитым, но богатым - вряд ли.

Фото из личного архива Салауата Игликова и Марины Низовкиной.

Подпишитесь на наш Telegram-канал и узнавайте новости первыми!

Лента новостей