Кандастар Ассамблея

Гульбаршин Касиманова: Волонтерство должно менять мышление

24.08.2021 375


Гульбаршин Касиманову жители столицы называют энерджайзером. В свои 65 лет она разрывает шаблоны и не собирается мириться с привычным сценарием старости на пенсии. Гульбаршин Жошихановна серебряный волонтер, руководитель Общественного фонда «Непрерывного образования», лидер группы U3A (Университет третьего возраста), человек, который меняет мир вокруг себя только к лучшему и не собирается останавливаться.

- Гульбаршин Жошихановна расскажите, как всё начиналось. Как вы стали волонтёром?

- Моё волонтёрство началось со школы, это была тимуровская команда. Мой отец был директором школы в Восточно-Казахстанской области, преподавал русский язык, был активистом. Среди его учеников был Оралхан Букеев. Отец уделял большое внимание развитию общественно-активной школы. Для него было важно, чтобы в процессе работы были старший пионер-вожатый, учитель - заместитель по воспитательной работе. Он всегда говорил, что, если у ребят хорошее воспитание, если они добрые и знают о взаимопомощи, тогда всё в школе получится. В то время очень хорошо помогали друг другу, старикам. Отцу нравилось заниматься общественными проблемами. Не зря очень многие из его воспитанников стали акимами, руководителями, общественными работниками. Он и нас в семье так воспитал.

- Рассказывают, что вы начали активную работу еще в девяностые.

- Это было послеперестроечное время. В Первомайске стали закрывать местный учебно-производственный комбинат. Завод остановился, люди остались без работы, начались митинги против этого. Пенсионеры стали выходить и возмущаться. Я им объяснила: у вас хоть пенсия есть, а у молодёжи ничего нет, они остались без работы. В то время было что-то страшное, молодые ребята грабили бабушек. Первомайск стал криминальным, убили одну бабушку, нашего волонтёра. Чтобы решить эти проблемы, я собирала народ, и мы решали. Я часто проводила общественные слушания, собирала бабушек, говорила им: «Давайте научим молодёжь, чтобы они зарабатывали, давайте передадим ваш опыт молодым, научим, чтобы ребята не грабили». Тогда мы создали негосударственное учреждение «Первомайский учебно-производственный комбинат», чтобы обучать людей профессиям. Мы научили людей ухаживать за коровами, птицами, свиньями. Моя дочь Анар стала волонтёром организации «Зубр». Она обучилась работе с компьютером и рассказала нам про американскую сеть волонтёров «Корпус мира». Тогда я стала учиться и узнала, что такое НПО. В общем, я поняла, что благодаря волонтёрству можно решать какие-то задачи. У нас вся семья волонтёры, это занятие невозможно бросить.

- Вы объединяли своими проектами только тех, кто потерял работу?

- Нет, конечно. К нам приезжали дети из детского дома, из ближайших сёл. Я обнаружила, что после детского дома в 18 лет детей выкидывают в прямом смысле слова. Профессии, которые они получают, им не нравятся. Я ходила волонтёрила в «Дом Юношества» и оттуда приглашала ребят. Мы их обучали. Несколько девочек обучили, я им объясняла: если даже поваром не станете, то можете просто пойти и заработать. Первыми серебряными волонтёрами, можно их назвать «золотыми», были баба Тоня Белоусова, тётя Юля Горохова, Надежда Совенкова, Зина Ергибаева, Светлана Совенкова, Клара Радченко. Они приходили, обучали поварскому, швейному делу, объясняли, как выращивать свиней, птиц. Наш проект назывался «Фермер» и «Хозяйка усадьбы». Мальчишек учили фермерству, а девочек хозяйству усадьбы.



- Легко было привлечь пожилых людей?

- Мы получали гранты, а суммы были очень небольшие. За маленький гонорар обычно не идут в проект, а пенсионеры с удовольствием соглашались. Сейчас наши ученики работают поварами в Нур-Султане, России. Они обучены нашими волонтёрами швейному делу, поварскому, бухгалтерскому учёту. Мы изучили опыт «Корпуса мира» и начали развивать волонтёрство среди молодёжи посёлка Первомайска. Когда я создавала «Сетевую школу для детей и подростков ВКО» для детей с ограниченными возможностями, мы их учили, что нельзя быть только получателем, нужно быть дарителем. И они у нас тоже волонтерили, - чем могли, тем помогали. Например, обучали друг друга работе с компьютером, делились знаниями, которые у них есть. В Восточно-Казахстанской области есть села Ильинка, Ленинка. Мы научили ребят, находящихся в трудных жизненных ситуациях готовить салаты - у нас были такие уроки. А они потом ходили и готовили бабушкам, угощали их салатами, которые в деревнях не пробовали. Это все было бесплатно. Я сейчас объединяю многодетных мам всей республики, даю им задания. Мы хотим, чтобы они тоже волонтерили. Когда человек волонтерит, он не только передаёт свои знания, он их получает, изменяется, растёт, учится лидерству, становится более успешным. Во время пандемии волонтёры в Первомайске и в столице шили маски, мыло раздавали. Мне говорят: «А что за университет такой в Первомайске?», когда я это слышу, радуюсь.

- Вы чувствовали скепсис со стороны родственников или знакомых, когда стали активно работать в общественной сфере?

- Мне часто говорят, что я на второй план ставлю интересы моих близких. Но я такой человек, что родственников заставляла волонтёрить. Знаете почему? Папа так сказал. Он прожил 91 год. Он участвовал на моих тренингах, приходил, мониторил, делал замечания. Мне помогали сестра Гульнур, брат Азамат, который умер два года назад, он волонтёрил с 1997 года. Я им давала задания. Он до последнего дня работал акимом, у него была онкология, но народ не хотел, чтобы он уходил с должности. Он болел, лежал и всё думал о людях. Родные меня только поддерживали. Моя дочь Анар до сих пор волонтёрит в Африке. Я тоже в Африке волонтёрила. Намибию объездила, делилась опытом. Сын у меня тоже волонтёр. Он проводил дискотеки, обучал молодёжь. У него был свой проект «ITимуровцы». Тимуровцы через интернет помогали бабушкам, отвечали на вопросы и помогали решать разные проблемы. Муж у меня волонтёрил, но, к сожалению, потерял здоровье.

- Почему в Казахстане волонтерство не очень распространено? Мало кто хочет что-то делать для общества бесплатно.

- Многое от семьи зависит, воспитания и от школы. Почему мы такие? Потому что нас в семье так воспитали, мама в семье любила всем подряд помочь. И в школе так воспитывали. Моя внучка в Америке мусорщица бассейна. Если в бассейн попадают листочки, она сразу идёт их убирать. Она с двух лет не проходит мимо мусора, сама делает замечания людям. Мы её еле отучили, чтобы она не брала мусор голыми руками, грязно же. Она видит, что я так делаю, убираю, поднимаю мусор и повторяет. Мне кажется это должно идти от родителей. Нужно менять мышление граждан. Надо ребят учить: ты бумагу бросил не туда, а человек, который будет убирать за тобой, плохо о тебе подумает. Мысли плохие на тебя отрицательно повлияют. Донести это надо. Нас учили делать добро не ради пиара, не ради себя, а ради человека, которому ты хочешь помочь. А что у нас сейчас? Мы шли как-то в парке, и я вижу бабушку с двумя внуками. Я им говорю: «Ребята, вы что тут насорили?» Один говорит: «Можно я подниму?» А бабушка отвечает: «Что, ты не видишь, вон дворник ходит? Он деньги получает за это, пусть убирает. Не поднимай, пусть лежит!». От такого мышления нужно избавляться.

- Что нужно сделать, чтобы волонтеров было больше?

- Многие хотят что-то подарить, помочь, а денег нет. У себя в группе я агитирую так: «Вы денежными спонсорами не можете стать, но вы можете стать спонсорами своими идеями, знаниями, просто умением что-то делать». Спонсорами можно стать не только финансово, можно стать спонсором духовно, знаниями, умениями, кого-то поддержать. Но самое главное - нужно научить людей сотрудничать.

- Тяжело ли удержаться от похвал?

- Люди любят, когда их хвалят. Любой труд должен быть оценён. Когда ты оценишь и отблагодаришь - это очень важно.

- Вы говорили, что часто волонтерят неправильно. Как это?

- Сейчас я каждый день сижу и волонтёрю на телефоне. Мне не понравилось, что мне звонят и говорят: нужно срочно, за час, отдать соцпакет - подарок тому, кто нуждается. Дети побегут, купят подарок, отнесут, снимут ролик. Мне очень больно, я устала быть белой вороной, нехорошей Гульбаршин, всё мне в этом не нравится. Однажды позвонили вот так же срочно. Я нашла бабушку, которая нуждалась. Они позвонили ей, а та спала. Пришлось дать телефон другой бабушки. Теперь первая бабушка мне звонит с вопросами и я, конечно, из своего кармана ей помогу. Понимаете, мне волонтёрство по карману бьёт, но у меня есть чем делиться. В волонтерстве нужна оценка потребности. Нужно помогать так, чтобы не приучать людей к этому. Помогать, но при этом, чтобы это дало результат. Сейчас я агитирую многодетных мам: «Будете волонтёрить, вы всё время просите, но давайте будете помогать!»

- А что делать?

- Собирать цветы для реабилитационных домов, домов престарелых. Надо их учить делать добро, а не только всё время брать. Люди должны уметь оценивать потребности, должна быть оценка нужд сообщества, нужно оказывать помощь посильную, но при этом не приучать людей, чтобы всё время они получали. Мы должны создать базу потребности, потом объявлять, кто может помочь. Волонтёрство должно быть нацеленным, должно развивать человека, помогать, не просто помогать одноразово, оно должно быть постепенно, результативно и чтобы не воспитывать потребительство. Выделялись гранты на подготовку волонтеров. Но где они сейчас? Столько денег было потрачено, а волонтёров нет, потому что это были разовые проекты, люди выучились и разбежались. Нет системы волонтерства, преемственности идей и конкретных результатов.

- Что вы предлагаете?

- Мы в волонтёрстве определяли задачу, конкретную помощь. Допустим, мы помогли одной девочке Оксане из детского дома выиграть грантовый проект, я тратила своё время и за это ни копейки не взяла. Мы из девочки сделали волонтера-профориентатора. Она пошла обучать других, выбирать себе профессию - вот это было волонтёрство. Я ей говорю: «Мы тебе помогаем, и ты помогай!» И девочка собрала младших, провела с ними конкурс рисунков, она изменилась, поняла. Мы дали ей возможность управлять. Вот результат.

- Готовите ли вы себе смену?   

- В Первомайске мы готовили молодых ребят на замену себе, но их у нас забирали в акимат, дом культуры, дом престарелых и другие организации. Так сообщество остается без специалистов. Когда мы уезжали по семейным обстоятельствам из Первомайска, мы всю базу, имущество оставили сообществу. Сообщество не справилось и распалось. Недавно нашлись ребята, которые сейчас хотят продолжить, но роль лидера очень важна. Мы создали сайт rural.kz, чтобы в сёлах создавать общественные организации, это сайт сельских сообществ. Мы сотрудничаем с организациями «Астана жастары» и «Жас Улан», они помогают нам в проектах.

- Чтобы вы хотели изменить в системе волонтерства?

- Я хотела бы, чтобы волонтёрство развивалось в сёлах, потому что там много одиноких бабушек и дедушек. Нужно, чтобы открыли реабилитационный центр не только для детей с ограниченными возможностями, но и для детей и людей, находящихся в трудных жизненных ситуациях.