Наша задача — чтобы цифровые компании выбирали Казахстан как точку притяжения в регионе - Смышляева
Президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что искусственный интеллект (ИИ) должен стать «мотором» развития страны и основой для всех отраслей. Он подчеркнул, что Казахстан должен выстроить безопасную и этически выверенную систему внедрения ИИ, способную повысить конкурентоспособность экономики. О том, какие законы уже готовятся, какие пробелы нужно закрыть и как страна планирует стать цифровым хабом Центральной Азии, El.kz рассказала депутат Мажилиса Парламента РК Екатерина Смышляева.
— Президент заявил, что ИИ должен стать «мотором» развития страны. Какие законодательные инициативы уже готовятся?
— Сейчас в Парламенте находится проект закона «Об искусственном интеллекте» — первый в истории Казахстана системный закон в этой сфере. Как справедливо отметил Президент, развитие ИИ должно быть безопасным и этически ответственным. Законопроект задаёт базовые стандарты, распределяет роли между госорганами, закрепляет этические принципы и устанавливает ответственность за риски и последствия, которые могут возникать при использовании ИИ. Но одного закона недостаточно. Как неоднократно подчёркивал Касым-Жомарт Кемелевич, развитие ИИ невозможно без комплексной модернизации всей цифровой правовой базы.
Особое внимание уделено работе с данными: без качественных и защищённых данных ИИ работать не сможет. Ранее мы уже приняли закон о регулировании данных, который усилил требования к их качеству и установил ответственность за обработку. Далее нас ждёт более детальная работа: механизмы монетизации данных, правила их оборота, защита, в том числе от трансграничных рисков. Все эти шаги позволят не просто внедрить ИИ, а сделать его частью устойчивой и безопасной цифровой экономики.
— Президент подчёркивает важность эффективного регулирования в области ИИ. Какие правовые пробелы вы считаете критичными?
— ИИ — это не просто технология, а комплексная трансформация экономики и общества, и Президент чётко это обозначил. Международный опыт показывает, что готовность к ИИ оценивается по трём ключевым компонентам: развитая инфраструктура, подготовленные кадры и зрелая нормативно-правовая база. Первые два направления в Казахстане активно развиваются, однако правовое регулирование пока отстаёт.
Если говорить о критичных пробелах, то, во-первых, это недостаточный статус стратегических документов. Концепция развития ИИ принята, но пока не является обязательным ориентиром для госорганов при планировании.
Далее — отсутствие адаптации базовых отраслей права, этические стандарты, не учитывающие национальную специфику, слабое применение «регуляторных песочниц», перекос регулирования в сторону ограничения местных компаний, нехватка специалистов, в частности юристов с цифровыми компетенциями. Закон об ИИ — первый шаг, но основная работа впереди в рамках Цифрового кодекса, о чём говорил и Глава государства.
— Как парламент намерен участвовать в реализации и контролировать исполнение поручений Президента в части внедрения ИИ в госсектор?
— Наша задача — качественное правовое сопровождение на всех этапах. В сентябре, по инициативе Президента, состоятся парламентские слушания по развитию ИИ с участием правительства, бизнеса, учёных и общественности. Мы практикуем открытые обсуждения, депутатскую инициативу и постоянный мониторинг, чтобы законы были эффективными, безопасными и соответствовали стратегическим целям.
Что касается контроля, то, держа «руку на пульсе», законодатель всегда в курсе происходящих процессов, поэтому функции контроля реализуются в процессе. Кроме экспертного и общественного контроля, обсуждаются и анализируются отчёты Высшей аудиторской палаты, особенно при формировании бюджета. Активно работает институт депутатских запросов. Наша фракция партии «AMANAT» практикует рассмотрение эффективности проделанной работы на площадках общественных советов.
— Президент назвал киберугрозы от ИИ приоритетом. Планируется ли ужесточение ответственности за киберпреступления?
— Да. Мы готовим обновление норм об ответственности за киберпреступления с использованием ИИ, включая уголовную плоскость. Это напрямую связано с поручением Президента усилить цифровую безопасность. Предлагаем заменить узкий термин «информационная система» на более широкий — «объект информатизации». Он охватывает и приложения, и интернет-ресурсы, и любое программное обеспечение, включая то, что использует ИИ. Это закроет пробел и даст следствию возможность квалифицировать преступления, исходя из реальной цифровой среды, а не формального определения.
Мы изучаем и лучшие мировые подходы. В ЕС deepfake, использованный для обмана, рассматривают как отягчающее обстоятельство, а некоторые страны, например Франция, ввели отдельный состав преступления за создание и распространение таких материалов без согласия. В Сингапуре и Южной Корее применяют гибридную модель: уголовные меры дополняются обязательными протоколами цифровой криминалистики, быстрой блокировкой вредоносных ресурсов и механизмами заморозки цифровых активов до завершения расследования. В Австралии и Канаде акцент сделан на обязательном сохранении и передаче цифровых доказательств провайдерами и платформами, что помогает ускорять следствие.
Отдельный блок работы предстоит по цифровым доказательствам. Сегодня расследования преступлений с использованием ИИ часто упираются в то, что доказательства существуют в виде логов, метаданных, временных цифровых файлов, которые могут исчезнуть за минуты. Поэтому нам нужно обновить процессуальное законодательство, ввести упрощённые процедуры закрепления цифровых следов, расширить допустимые форматы доказательств, предусмотреть обязательное их предоставление платформами и провайдерами.
Есть и вызовы будущего. Новые режимы ИИ-агентов могут самостоятельно генерировать контент или проводить автоматизированные атаки без прямого вмешательства человека. Это требует отдельного анализа в части распределения ответственности между разработчиком, владельцем и пользователем таких систем, а также возможного введения новых квалифицирующих признаков. Пока мы идём по пути модернизации формулировок и расширения понятийного аппарата.
— Президент ставит цель сделать Казахстан цифровым хабом Центральной Азии. Какие шаги нужны?
— Цифровой хаб — это не только технологии, но и предсказуемая правовая среда. Мы создаём Цифровой кодекс, расширяем применение «регуляторных песочниц», гармонизируем нормы с международными стандартами, усиливаем защиту цифровых активов. Президент задаёт амбициозную планку, и наша задача — чтобы цифровые компании выбирали Казахстан как точку притяжения в регионе, понимая, что здесь есть политическая воля, стабильные правила и защита интересов бизнеса.
Ранее директор Креативной школы имени Бибигуль Тулегеновой Арнур Маденов рассказал El.kz, как найти баланс между гаджетами и живым общением.
Подпишитесь на наш Telegram-канал и узнавайте новости первыми!
El рекомендует 
