Есть вещи, которые невозможно объяснить рационально. Человек с распоротым животом, держащий внутренности в полах халата, продолжает биться. Молодой джигит стоит на коленях с завязанными глазами и ждет выстрела, но не называет имени. Всадник едет медленной рысью прямо на стрелка — и это не безумие, а расчет. Эти истории записал Шокан Валиханов. Он называл их просто — «Исторические предания о батырах XVIII века». Оригинал не сохранился, только пересказ. Но даже в пересказе они бьют наотмашь.
У европейцев есть своя версия таких людей. Граф Роланд, племянник Карла Великого, попал в засаду в Ронсевальском ущелье. Его отряд окружили со всех сторон. У него был рог — один звук, и король услышал бы и повернул войска. Роланд не затрубил. Не потому что не знал об опасности. А потому что считал это позором. Он принял бой и погиб вместе со всем отрядом. В XII веке эту историю пели менестрели по всей Европе. Она стала основой рыцарского кодекса — не отступать, не просить о помощи, не ронять честь.
В казахской степи батыры совершали поступки, которые даже не снились европейских рыцарям.
Время покурить
Жанибек-батыр был из тех, кто сразу видит человека насквозь. Когда к нему подошел молодой джигит и без всякого почтения попросил трубку, батыр не стал объяснять. Он молча вытряхнул табак, постучал трубкой о голенище сапога и убрал в кисет. Юнец еще ничего не совершил. Значит, разговора нет.
Вскоре началась битва. Казахские разведчики недооценили силу джунгарского войска — и отряд начал отступать. Жанибек крикнул: остановить знаменосца в черных доспехах. Тот самый дерзкий юноша натянул лук. Стрела зацепила чей-то шелковый платок и полетела криво — но все равно вонзилась врагу в горло. Без военачальника джунгары растерялись. Казахи выиграли этот бой.
После битвы юноша подошел к Жанибеку сам. Со своей трубкой.
— Батыр, вот теперь самое время, — улыбнулся он.
Звали его Байгозы. Имя батыра надо заслужить. Он заслужил.
Железные нервы
В Европе про таких говорили — «рыцарь без страха и упрека». Но страх — это не отсутствие опасности. Это умение думать, когда тебя убивают.
В пещере засел меткий калмык с ружьем. Один за другим падали казахские джигиты, пытавшиеся подойти ближе. Елшибек-батыр из рода сыргели смотрел на это и что-то считал про себя. Потом сел на коня и поехал к пещере — медленно, рысью, будто прогуливался. Калмык выскочил, выстрелил. Осечка. Елшибек зарубил его.
— Я рассчитывал: пока буду ехать, на фитиле образуется нагар и даст осечку, — объяснил батыр потом.
Он не был бесстрашным. Он был точным.
Честь дороже жизни
Казахские батыры не боялись умереть.
После неудачного набега несколько джигитов попали в плен к кыргызам. Был убит военачальник Темиржан, и кыргызы требовали назвать убийцу. Никто не говорил. Бросили жребий — он выпал Байгозы. Юношу должны были казнить вместо настоящего виновного, но сначала предложили сделку: скажи имя и уйди свободным. Байгозы отказался. Сказал, что не хочет быть доносчиком.
Его поставили на колени лицом к востоку. Завязали глаза. Отмерили сорок шагов. Он ждал выстрела.
Выстрела не было. К нему подошел брат погибшего Темиржана и положил тяжелую руку на плечо.
— Брат мой был шеит. Я не хочу крови. Ты свободен, казах.
Байгозы не смог встать сам — кровь остановилась, пот тек градом. Поднять его пришлось чужим рукам. Рукам того, кто только что должен был его убить.
Они шли все
Это самая тяжелая история из тех, что записал Валиханов. И самая честная.
Жанатай-батыр командовал передовым отрядом из пятисот человек. Его младший брат Аркандар захотел доказать себе что-то — угнал в одиночку девять верблюдов у джунгаров. Погоня настигла его. Он отстал от своих намеренно, принял бой и погиб. Старший брат видел это с холма.
Жанатай узнал о гибели брата и оседлал коня. В лагере джунгаров в тот момент отдыхали десять тысяч воинов. Жанатай повел туда всех пятьсот. Никто не вернулся. В том бою Уйсунбай с распоротым животом держал внутренности в полах халата и продолжал рубиться.
— А что, Жанатай-батыр, с распоротым животом можно ли жить? — спросил он у брата.
Перед смертью Жанатай велел сыну Токышу скакать прочь. Выжить. Отомстить.
Единственный выживший привез весть к Абылай хану. Хан, который никогда не плакал, заплакал. Прилюдно.
— Не дававшийся точить, черный булат мой.
Жанатай батыр шел на верную смерть. И почти все его джигиты могли уйти, но они решили умереть ради чести.
