Экспортеры Казахстана могут переориентироваться на другие рынки
С первого августа 2025 года США заявили о планах по введению 25-процентных тарифов на казахстанские товары. В ответ в министерстве торговли и интеграции распространили информацию, что эти меры затронут лишь незначительную долю экспорта. О том, будет ли казахстанская сторона корректировать меры поддержки в отношении экспортеров, журналист El.kz побеседовала с заместителем генерального директора АО «Центр развития торговой политики «QazTrade» Нурланом Кулбатыровым.
- Нурлан Найзабекович, прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию в отношении того, что Соединённые Штаты начали реализовывать политику протекционизма в своей внешней торговле. Каковы причины для этого, и почему именно Казахстан стал единственной страной СНГ, которая вошла в этот список?
- О том, что Соединённые Штаты начали реализовывать данную политику, мы слышали еще в апреле, и этот курс продолжается для защиты своей промышленности, рабочих мест на фоне жёсткой конкуренции с Китаем в условиях глобальной нестабильности, такова их формулировка.
5 апреля президент Трамп объявил о введении минимальных базовых пошлин 10% для 185 стран, 9 апреля планировались индивидуальные ставки для ряда стран, однако затем США отложили запуск этих мер на 90 дней, чтобы провести переговоры, понять, где возможно заключить двусторонние торговые соглашения.
В результате в июле был опубликован новый перечень ставок, которые будут введены с первого августа, причем для Казахстана, Японии, Южной Кореи, Малайзии, Туниса пошлины составляют 25%, Южно-Африканской Республики, Боснии и Герцеговины – 30%, Бангладеша и Сербии – 35%, Индонезии – 32%, Камбоджи и Таиланда – по 36%, самые высокие ставки у Лаоса и Мьянмы – 40%.
Здесь реализуется политика America First. США, традиционно выступающие как ядро высокотехнологичных и цифровых потоков, все больше дрейфуют в сторону экономического суверенитета и самодостаточности. Последние заявления Дональда Трампа, получившие широкую поддержку в электорате, подчеркивают намерение «вернуть производство в Америку» и сократить зависимость от внешних поставок, особенно из Китая. Концепция «America First» вновь выходит на передний план теперь в виде технологического протекционизма, преференций для внутреннего производства и переосмысления торговых соглашений.
Причем самые большие пошлины были введены для развивающихся и менее развитых стран, это тревожный сигнал для глобальной торговли. Почему только Казахстан – единственная страна Центральной Азии и в целом СНГ? Потому что у нас большое торговое партнёрство с США. Если взять топ партнёров Казахстана, по общему товарообороту США занимают 7 место.
- Почему уровень тарифов для нашей страны изменился за 90 дней – сначала речь шла о 27%, по какой причине был принят 2% «дисконт»?
- Да, в апрельском прогнозе говорилось о ставке 27%, сейчас 25%, и 2% – это незначительная коррекция. Такой же была корректировка по Мьянме, Камбодже, Сербии, Индонезии, Боснии и Герцеговине и Тунису – в размере 2%, по Лаосу, Бангладешу и Малайзии – 4%, по Таиланду и Японии – 3%, по Южной Африке – 2%, не изменилась картина только по Республике Корее – 0%.
В апрельском документе администрации Трампа есть приложение, в котором есть перечень изъятий.
Если мы проанализируем товарооборот между Казахстаном и США, то по итогам 2024 года он составил 4,2 млрд долларов США, что на 4% выше по сравнению с предыдущим годом (4,1 млрд. долларов США). Причем экспорт из Казахстана в США за 2024 год вырос на 30,6% и составил 2 млрд долларов США.
Причем за первые пять месяцев текущего года товарооборот между нашими странами составил 1,3 млрд долларов США, что на 23,8% ниже, чем за аналогичный период предыдущего года (1,7 млрд. долларов США).
Из 2 млрд долларов общего экспорта в США только незначительная часть казахстанского экспорта подпадает под увеличение пошлины, что составляет не более 5%.
Сегодня многие организации приняли выжидательную позицию, и все начали уточнять свои прогнозы. Министерство торговли и интеграции Казахстана в своём заявлении отметило, что Казахстан готов сесть за стол переговоров. Торговая политика Казахстана не направлена на какие-то ответные меры. Мы наоборот больше настроены на конструктивный диалог. В заявлении было написано, что как только американская сторона назначит сроки и повестку переговоров, мы можем сесть за стол переговоров, потому что и у Казахстана, и у США есть взаимные интересы как по инвестициям, так и в вопросах регионального сотрудничества. И я думаю, что мы к какому-то консенсусу придём.
Теперь касательно того, чем мы торгуем. В казахстанском экспорте доминирует доля сырой нефти, она занимает 30%. Далее идёт уран с ростом в 3,8 раза, и серебро, рост – в 2 раза.
По официальной статистике, экспорт из Казахстана в США за январь-май 2025 года снизился на 42,8% и составил 418,2 млн долларов. Сокращение экспорта в США обосновывается снижением поставок таких товаров, как: нефть сырая – на 64,4%, или на 301,2 млн долларов – с 467,7 до 166,5 млн, уран – на 30,3%, или на 31,7 млн долларов, ферросплавы – на 24,9% или на 15,3 млн долларов, удобрения азотные – на 100%, или на 2,4 млн долларов, бериллий, хром, германий, ванадий, галлий и другие редкие металлы и изделия из них – на 100% или на 1,3 млн долларов.
При этом наблюдается рост поставок таких товаров, как серебро на 22,6%, или на 15,2 млн, клейковина пшеничная - рост в 3 раза, или на 3,9 млн, титан и изделия из него – на 64,4%, или на 2,8 млн, ювелирные изделия и их части из драгоценных металлов – на 2,7 млн долларов.
Кроме того, к основным товарам экспорта из Казахстана в США относится титан и изделия из него - 7,1 млн долларов (1,7%), тантал и изделия из него – 5 млн долларов (1,2%), трубы, трубки и профили бесшовные из черных металлов - 2,7 млн долларов США (0,65%).
Мы должны понимать, что по итогам 2024 года мы видим рост тантала. Того стратегического сырья, в котором нуждается Америка, в этом отношении они не ввели таможенные пошлины.
Теперь все задают вопрос, что мы покупаем? По основным товарам, которые мы импортируем из США, импорт в прошлом году снизился и составил 2,2 миллиарда долларов. То есть по нашей статистике импорт больше, чем наш экспорт 2024 года. И мы должны понимать, что мы покупаем автомобили легковые, летательные аппараты. В нашем пакете есть сельхозмашины, есть замороженное мясо птицы. В целом, оттуда идет высокотехнологичный импорт.
- В официальном сообщении Минторговли отражалась позиция, что рост тарифов незначительно отразится на казахстанском экспорте, с чем это связано?
- Это связано с тем, что львиная доля товаров, например, нефть, уран, серебро – это почти 70% нашей основной экспортной корзины. Остальные товары – обработанная продукция, металлы, включая титан, клейковину пшеничную, относятся к продуктам среднего передела.
Если цены на мировые энергоносители, на металлы возрастёт, автоматически и наш экспорт будет расти. При этом номенклатура товаров, которые облагаются пошлинами с 1 августа, не влияет сильно на товарооборот. Причем по итогам переговоров 25-процентные пошлины, возможно, и не будут введены.
И второй момент, Америка для нас – это дальний рынок через океан, имеются логистические издержки. И естественно, для тех пяти процентов казахстанского бизнеса, которые подпадают под эти пошлины, на внутреннем рынке США конкурентоспособность может снижаться. Но всегда есть хорошая возможность, мы имеем рядом такой рынок, как Китай, есть Евросоюз, который аналогичный товар также у нас покупает.
Когда уже в апреле этот вопрос поднимали, мы рассматривали, на какие рынки могли бы переориентировать те товары, которые могут быть менее конкурентоспособны на американском рынке. Поднимается очень хороший вопрос, реагируем ли мы на эти глобальные инструменты, сигналы, есть ли у нас адаптация.
У KazakhExport очень хороший портфель финансовых инструментов, от страхования до торгового финансирования. У QazTrade – нефинансовые меры, то есть это больше акселерация и продвижение товаров, это проведение выставок, и хороший инструмент имеется по возмещению затрат компаниям. И мое экспертное мнение, что у тех компаний, которые оказались в сложной ситуации, есть хорошая возможность использовать эти инструменты, быть клиентами этих институтов поддержки экспортёров.
И мы не должны забывать, что тарифы не решаются только одним инструментом поддержки. Тарифная политика решается за столом переговоров. Пошлины просто так не снимаются, пошлины – это взаимные уступки, это инструмент торговых переговоров, общения. Я думаю, что в казахстанской внешнеторговой политике траектория движения – это взаимовыгодное сотрудничество, стратегическое партнёрство и конструктивный диалог через торговые переговоры.
- Вы считаете, что эти пошлины не окончательны, и ещё будут обсуждаться?
- Да, потому что Америка может сказать, что они готовы принять Казахстан, и в этих переговорах могут быть обсуждены какие-то совместные инвестиционные проекты, либо какие-то другие взаимовыгодные вопросы, направленные на улучшение сохранения предсказуемой торговой политики. Там эти вопросы могут быть сняты. Это написано и в самом письме, что как только они почувствуют хороший сигнал с нашей стороны, будет возможность для их пересмотра.
Даже элементарно, когда в апреле они взяли паузу на 90 дней, мы думали, что после 90 дней автоматически их объявят, но теперь они говорят о их возможном введении с первого августа. Так что я думаю, что это всё будет меняться. Даже если какой-то эффект будет, он будет отложенным.
Сейчас сиюминутный портрет мы не можем увидеть. По товарообороту за январь-май, за пять месяцев мы видим, что товарооборот снижается. Но во-первых, есть понятие сезонности каких-то поставок, есть понятие мировых цен, и по неполному году мы пока не можем дать оценку, потому что картина может до конца года поменяться. Конечно, обесценивать или недооценивать этот вопрос нельзя, потому что всё-таки как я выше отметил, США входят на топ-7 наших торговых партнёров.
То, что есть адекватная реакция со стороны госорганов, которые анализируют эти предложения, какие есть изъятия, за каждым ТН ВЭД товара, который мы экспортируем, стоят реальные компании-производители, где работают казахстанские работники. Цена вопроса, которая подпадает под эти пошлины, по итогам 2024 года составляет чуть выше 100 миллионов долларов США. И в этой связи переориентировать эти компании на другие рынки вполне под силу для министерства торговли, я так считаю.
- То есть это будет делаться, будет вестись процесс диверсификации экспорта?
Я думаю, компании уже начали этот процесс. Условно компания А, которая поставляла товар номенклатуры B, когда увидела, что товар подпадает под высокие пошлины, будет предпринимать меры. Плохой сигнал поступил еще в апреле, за три месяца компании уже могут найти другие рынки. Когда даже 90 дней объявили паузу, за это время эти же компании могут нарастить объёмы, но если это какие-то долгосрочные контракты были, наверное, они сейчас уже пересматривают эти вопросы.
- Могут ли поменяться позиции основных топ-партнёров Казахстана после введения новых пошлин?
- В ареале казахстанского экспорта мы должны понимать, что у нас есть хороший потенциал в странах Евразийского экономического союза, Китая и Евросоюза. Нельзя забывать растущую роль внутри региональной торговли Центральной Азии на сумму свыше 5 миллиардов долларов, и Ближний Восток, где тоже мы ставим амбициозную задачу увеличение товарооборота.
Естественно, мы как участники ЕАЭС исторически торгуем с Россией, с Европейским союзом по вопросам энергоносителей и имеем прочные торговые отношения с Китаем. Я думаю, что резкой смены парадигмы не ожидается, текущий торговый портрет мы сохраним, но могут быть незначительные замедления в товарообороте с отдельными партнерами, но это мы можем судить только по завершению 2025 года.
По итогам 2024 года, в силу географического расположения, основными торговыми партнерами Казахстана являются Евросоюз (34,5% в товарообороте), ЕАЭС (21,5%) и Китай (21,3%).
В первую очередь важен вопрос логистики, мы акцент делали на географическую близость, стратегическое партнёрство, и главная база нашей торговли – это соседство на востоке с Китаем. Весь мир, в особенности Латинская Америка мечтает торговать с Китаем, и у нас есть такое географическое преимущество.
В целом, за последние десять лет наблюдается поступательный рост экспортных показателей Казахстана. И если в 2015 году объем экспорта составил 46 млрд долларов, то в 2024 году прогнозируемый объем достиг 81,6 млрд долларов, что соответствует росту на 77%.
Пиковое значение экспорта зафиксировано в 2022 году на сумму 84,5 млрд долларов, после чего наблюдается умеренная стабилизация.
Рост обусловлен в первую очередь высокой внешней конъюнктурой на сырьевые товары, а также постепенным расширением экспортной номенклатуры.
Причем за последние десять лет структура казахстанского экспорта претерпела качественные изменения не только по объёмам, но и по широте товарной номенклатуры. В 2015 году Казахстан экспортировал продукцию по 2 800 кодам ТН ВЭД (на уровне 6 знаков), тогда как к 2024 году количество экспортируемых товарных позиций увеличилось до 3 900, что свидетельствует о расширении номенклатуры на 1 100 кодов, или на 39%.
Причина, пожалуй, заключается в принципе торговой политики РК, которая заключается в закреплении роли страны мультивекторного торгового партнера. Наша страна также позиционируется как проактивный участник новой ресурсной дипломатии, где критические материалы перерабатываются локально и экспортируются с высокой добавленной стоимостью.
И хотелось бы обратить внимание на то, что экспорт услуг является самым недооценённым. Мы любим говорить про товары, но рынок экспорта услуг очень хорошо развивается. Торговля услугами за 10 лет выросла на 37%, и если ещё в 2015 году они были оказаны на 18 миллиардов долларов, то сейчас их объем достиг суммы в 25 миллиардов долларов. Среди них и транспортные услуги, и финансовые, и IT-услуги. То есть мы не можем говорить только про торговлю товарами. Когда мы говорим про казахстанский экспорт, мы всегда должны говорить про экспорт казахстанских товаров и услуг.
- Спасибо, мы учтем это в работе. Министр торговли Арман Шаккалиев в эфире Taldau Talks говорил, что Международный валютный фонд, Всемирная торговая организация, Всемирный банк говорят о том, что есть так называемый индекс неопределенности в торговле индекс Калдора (или индекс неопределенности Калдора – это показатель, разработанный для оценки уровня неопределенности в экономике и торговле), который достиг рекордных 430 пунктных позиций. Он говорит о том, что в торговле сегодня нет возможности долгосрочного планирования, то есть торговля – это всегда игра в долгую. Это доверие, это предсказуемость. И такой индекс говорит о том, что сегодня торговля очень напряжена. Будет ли Казахстан (и QazTrade – в частности) корректировать инструменты поддержки бизнесу?
- Такие прогнозы изначально мы всегда озвучивали. Например, Всемирная торговая организация понизила рост мировой торговли из-за пошлин, неопределенности с 2,8% до 2,2%. ООН Торговля и Развитие (ЮНКТАД, от англ. United Nations Conference on Trade and Development) прогнозировала замедление сразу с 2,8 до 2,3.
По оценкам Международного торгового центра (ITC), снижение мирового экспортного потенциала после введения новых пошлин США и их торговыми партнерами составит -523 млрд долларов. Китай сталкивается с самым резким спадом, в то время как Соединенные Штаты рискуют потерять до 111 миллиардов долларов экспортного потенциала из-за ответных мер.
Когда глобальная торговля снижается на один процент или 0,9%, на самом деле по каким-то рынкам это может стать большим ударом, так как создается неопределённость. Это и волатильность цен, и на сегодняшний день практически все международные институты скорректировали свои прогнозы. Вчера Всемирный банк и рейтинговые агентства говорили про геополитическую турбулентность, и торговля в этих вопросах играет важную роль.
Казахстан – активный участник мирового торгового процесса, наряду с более чем 190 странами мира. Чтобы нивелировать удары от глобальных изменений, нашей страной проводится проактивная торговая политика, в том числе через создание зон свободной торговли, усиление партнёрства с Центральной Азией в двустороннем формате и участие в формировании эффективных транспортных коридоров.
- Нурлан Найзабекович, спасибо за содержательную беседу и уделенное нам время.
Читайте также интервью с министром цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Жасланом Мадиевым.
Подпишитесь на наш Telegram-канал и узнавайте новости первыми!
El рекомендует 
