Юрты-гиганты на колесах и войлочные дворцы: что видели Карпини и Рубрук

Оказывается в древности существовали настоящин юрты-гиганты, которые своими глазами видели европейские путешественники XIII века. Читайте подробности в обзоре El.kz

Что видел монах Рубрук своими глазами

В 1253 году французский монах-минорит Гильом де Рубрук отправился с дипломатической миссией ко двору монгольского хана и оставил подробные записки о быте кочевников. Именно его свидетельство стало главным источником сведений о гигантских передвижных юртах.

«И они делают подобные жилища настолько большими, что те имеют иногда тридцать футов в ширину. Именно я вымерил однажды ширину между следами колес одной повозки в 20 футов, а когда дом был на повозке, он выдавался за колеса по крайней мере на пять футов с того и другого бока. Я насчитал у одной повозки 22 быка, тянущих дом, 11 в один ряд вдоль ширины повозки и еще 11 перед ними. Ось повозки была величиной с мачту корабля, и человек стоял на повозке при входе в дом, погоняя быков», — писал Рубрук.

В переводе на современные меры это означает: юрта диаметром около 9 метров стояла поверх телеги с расстоянием между колёсами в 6 метров. Такие конструкции назывались «күйме» — огромные четырёхколёсные повозки с юртами наверху.

Город на колёсах, а не двухэтажный дом

Важно понимать, что речь идёт не о двухэтажной юрте в современном понимании — то есть не о конструкции с двумя жилыми ярусами, поставленными друг на друга. Это была одноэтажная юрта огромного диаметра, установленная на массивную повозку. Высота добавлялась не за счёт второго этажа, а за счёт колёсной платформы под основанием шатра.

«Дом, в котором они спят, они ставят на колеса, стенами его служат плетеные прутья, сходящиеся кверху в виде маленького колеса, из которого поднимается ввысь шейка, наподобие печной трубы», — описывал устройство Рубрук.

Размер таких передвижных жилищ напрямую зависел от статуса владельца: некоторые ставки были велики, а некоторые небольшие — сообразно достоинству и скудости людей. Для перевозки меньших юрт хватало одного быка, для больших требовалось три, четыре или даже больше — в зависимости от величины повозки.

Шатёр Чингисхана на несколько сотен человек

Самые впечатляющие свидетельства касаются ставки самого правителя. В китайских летописях описывается золотой шатёр Чингисхана — большая юрта, вмещавшая несколько сот человек. Это, по сути, был настоящий передвижной тронный зал, центр власти всей кочевой империи.

Юрта со временем стала символом статуса — её богато украшали золотом, драгоценными камнями, жемчугом и роскошными коврами. Воплощением такой пышности была, например, юрта монгольского наместника середины XIII века в Самарканде Масуд-бека.

Большинство специалистов по истории Золотой Орды считают свидетельства Рубрука достоверными в своей основе. Передвижные жилища на одно-четырёхосных телегах, запряжённые быками, представляли собой настоящие «кочующие города», которые регулярно встречали на своём пути европейские путешественники — Рубрук, Плано Карпини, Марко Поло.

Откуда взялся миф про этажность

Скорее всего, путаница с «двухэтажностью» возникла из-за самой конструкции күйме: огромный шатёр, возвышающийся над массивной телегой, визуально действительно напоминал двухъярусное сооружение — нижний «этаж» из колёс и платформы, верхний — собственно жилая юрта. Но в инженерном смысле это была одноэтажная конструкция, просто поднятая на высокий постамент.

Эволюция и закат гигантских юрт

Эволюция форм юрты была тесно связана с развитием материальной культуры монгольских завоевателей и подчинённых ими народов — монголы довольно быстро ассимилировались в тюркской среде и восприняли культуру коренных жителей западной части евразийских степей.

Со временем огромные юрты-повозки практически исчезли — они требовали слишком больших ресурсов, открытой степи без преград и десятков быков для перевозки. Классическая разборная юрта, которую можно поставить и собрать силами одной семьи, оказалась намного практичнее и пережила своих гигантских предшественниц на многие века. Именно она и стала тем символом степной культуры, который мы знаем сегодня.

Что говорят зарубежные исследователи

Британская World History Encyclopedia подтверждает масштаб этих сооружений, опираясь на классические исследования монголоведения: хронист XIII века Уильям Рубрук описывал повозки с осями «величиной с корабельные мачты», которые тянули до 22 быков — об этом сообщает в своей работе историк-востоковед Джордж Лейн. 

Итальянский монах Джованни дель Плано Карпини, посол папы Иннокентия IV, посетивший ставку хана Батыя на Волге в 1246 году — за семь лет до Рубрука, — оставил похожее описание.

«Их жилища круглые и искусно сделаны из прутьев и жердей наподобие шатра. Но посередине верхней части у них есть отверстие, открытое для света и выхода дыма... Некоторые из этих жилищ можно быстро разобрать и снова собрать, их перевозят на спинах животных. Другие нельзя разобрать — их везут на повозках. И куда бы они ни шли — на войну или в любое другое место — они перевозят свои жилища с собой», — писал Карпини.

Современные исследователи истории монгольской юрты — в частности, специализированный ресурс Mongolian Yurts Direct, опирающийся на анализ «Сокровенного сказания монголов», — отмечают важную деталь: у монголов существовал отдельный термин ger tergen — «юрта-телега», то есть неразборная конструкция, которая в принципе не снималась с повозки, в отличие от складной тюркской юрты, которую можно было перевозить отдельно. 

Самый яркий пример такой неразборной юрты — ставка самого хана. В источниках упоминается королевский шатёр Сира Орда — это была не обычная юрта, а настоящий тронный павильон, способный вместить тысячу человек. 

Юрта в жизни ханской семьи

При этом практическое назначение таких повозок прекрасно задокументировано. По свидетельству Рубрука, такие огромные конструкции были особенно важны для монгольских вождей и ханов, которым требовались более крупные и роскошные юрты — известно, например, что супругу хана Мунке после одного из собраний отвезли домой именно в такой повозке. Так что независимо от научных споров о деталях, одно остаётся бесспорным: юрта на колёсах была не просто домом, а полноценным символом власти и статуса в степной иерархии XIII века.