“Ұзын құлақ”: какие фейки ходили по казахской степи сто лет назад

Сто лет назад новости в казахской степи расходились без мессенджеров, радио и привычной нам массовой прессы. Вместе с реальными сведениями от аула к аулу передавались слухи о войне, мобилизации, конце света, падении советской власти и даже “клейме антихриста”, сообщает El.kz.

У казахов этот способ передачи новостей получил название “ұзын құлақ” – буквально “длинное ухо”. Историк Гульмира Султангалиева пишет, что такой “степной телеграф” работал даже при огромных расстояниях и слабой связи между разными частями Степи. Во время восстания 1916 года слухи о положении на фронте и отправке казахов на тыловые работы могли влиять на настроение людей и ускорять мобилизацию протестующих.

Через десятилетие информационная среда изменилась, но “ұзын құлақ” никуда не исчез. Исследователи Наталья Аблажей, Альбина Жанбосинова и Ерлан Сайлаубай изучили сводки ОГПУ, документы Архива президента Казахстана и региональных архивов, где чиновники фиксировали разговоры жителей казахских аулов конца двадцатых годов. Многие из них сегодня вполне подошли бы под определение фейковой новости.

“Москва уже взята, скоро придёт новая власть”

Конец двадцатых прошёл под постоянным ожиданием большой войны. Международная обстановка действительно была напряжённой: отношения СССР и Великобритании резко ухудшились, а советско-китайский конфликт на КВЖД дополнительно усилил тревогу. На этой почве слухи росли особенно быстро.

В аулах рассказывали, будто Москва уже захвачена белыми, а великий князь Михаил Романов получил пост “президента”. В другой версии Англия и Румыния якобы помогали сторонникам Романовых вернуть прежнюю власть. Сам Михаил Александрович к тому времени уже много лет был мёртв, но в информационном пространстве продолжал жить как персонаж рассказов о скором крушении советской системы.

Были и гораздо более масштабные “геополитические прогнозы”. По степи ходили разговоры, будто английские войска движутся через Китай, Афганистан скоро получит Туркестан, а Казахская республика окажется под властью Китая. В Синьцзяне якобы уже существовало собственное казахское управление с вооружёнными силами, способными выступить против советской власти.

Война уже началась, раненых везут из Ташкента

Чем дальше расходилась новость от первоначального источника, тем больше появлялось подробностей. Люди пересказывали друг другу, что на границе уже идут бои, приграничные города захвачены, а из Ташкента в Россию якобы массово отправляют раненых.

В других версиях над советскими городами уже поднимали белые флаги. Архивные сводки показывают, что рассказы о скорой войне были настолько устойчивыми, что влияли на поведение людей: часть населения ждала смены власти, другие опасались нового призыва.

Память о мобилизации 1916 года оставалась свежей. Поэтому любые сведения о военных сборах воспринимались особенно болезненно. Исследователи отмечают случаи укрывательства призывников, а краткосрочные военные сборы и отправка людей на строительные работы могли сопровождаться ростом откочёвок в Китай.

Колхозников будут клеймить на руке

Самые фантастические слухи появились во время коллективизации. Среди жителей аулов распространился рассказ, будто вступившим в колхоз будут ставить на руку “печать антихриста”.

У этой истории была вполне понятная бытовая основа. Колхозный скот действительно клеймили, поэтому слух о клейме на человеке для части населения выглядел правдоподобным. Исследователи прямо связывают эту деталь с существовавшей практикой маркировки животных.

Колхозы вообще окружало множество страшных рассказов. Люди говорили, что детей заберут у родителей, а мужчина, перешедший к оседлой жизни, лишится жены. В архивных документах зафиксирован даже слух, будто женщин в колхозах собираются распределять между мужчинами по жребию.

Пещера в Тюлькубасе и имам Махди

Экономические потрясения смешивались с религиозными ожиданиями. В аулах распространялись рассказы о приближении киямата – конца света, который связывали с гонениями на религию, коллективизацией и разрушением привычного уклада.

Один из самых необычных сюжетов зафиксировали в Тюлькубасской волости Чимкентского района. Там рассказывали, будто в горах нашли пещеру с каменной дверью. Из неё должен был выйти имам Махди, посланный Богом для спасения людей.

Популярностью пользовались и вещие сны. В одном из таких рассказов сражались белый и красный быки. Побеждал белый, что толковали как знак возвращения прежней власти. Подобный сюжет зафиксирован в материалах Восточного Казахстана.

Болезнь овец как наказание за колхозы

Иногда слухи объясняли вполне реальные бедствия. Когда среди овец распространялись болезни, появлялись версии о божественном наказании за новую политику.

В одной из архивных сводок упоминается болезнь под названием “Иш-жаргыш”. Распространялся слух, что она послана Богом, поскольку создание колхозов якобы не получило благословения. Людей даже пугали, что тот, кто ночью станет охранять больных животных, сам заболеет.

Подобные рассказы хорошо показывают, как работала информационная среда аула. Реальное событие получало объяснение, понятное внутри привычной системы представлений, затем история переходила от одного рассказчика к другому и постепенно обрастала новыми деталями.

“В Китае все богатые”

Отдельный пласт слухов был связан с Китаем. Для приграничных казахских аулов это было вполне реальное направление откочёвки, а родственные связи по обе стороны границы помогали быстро передавать информацию.

Рассказывали, будто в Китае почти нет бедных, хватает хлеба и товаров, налоги небольшие, а прибывшим казахам власти помогают получить землю. Китайский Алтай постепенно превращался в рассказах в место, где можно переждать тяжёлые времена.

При этом основа для страха оставалась реальной. Конфискации, рост налоговой нагрузки, коллективизация и последующий голод действительно заставляли людей сниматься с места. В архивных документах встречаются свидетельства, когда решение об уходе принималось за один вечер из-за ожидания ареста или изъятия имущества.

Слухи заставляли продавать и резать скот

Фейковая информация могла напрямую менять хозяйственное поведение. Когда распространялись разговоры о скорой войне и новых изъятиях, люди старались избавиться от части имущества заранее.

В документах сохранились советы продать скот до того, как его заберут власти, либо пустить животных под нож. Одновременно ходили разговоры, будто государство собирает хлеб для будущей войны или пытается получить деньги, чтобы откупиться от Англии.

Здесь особенно трудно провести чёткую границу между вымыслом и рациональным страхом. Часть сообщений была очевидно фантастической, однако конфискации и принудительные хозяйственные кампании происходили в реальности. Поэтому человек в далёком ауле далеко не всегда мог понять, где заканчивается официальное решение и начинается чужой пересказ.

Кто запускал “степной телеграф”

Исследователи отмечают высокую роль людей, обладавших авторитетом внутри аула. Информация могла передаваться через родовые связи, религиозных деятелей, состоятельных хозяев, приезжих и родственников из других регионов.

Большую часть подобных разговоров мы сегодня знаем благодаря сводкам ОГПУ. Их нужно читать осторожно: сами органы безопасности часто называли “антисоветской” или “провокационной” практически любую негативную реакцию населения. Поэтому архивная запись подтверждает прежде всего существование зафиксированного разговора, а мотивы его участников требуют отдельной оценки.

При этом устная передача была лишь частью информационной среды. По аулам распространялись листовки, обращения и прокламации, которые также попадали в поле зрения органов безопасности. Сохранившиеся архивные документы показывают, что слух мог быстро выйти за пределы обычного разговора и превратиться в инструмент агитации.

Сто лет назад для распространения фейка не требовался интернет. Достаточно было тревожной новости, нескольких убедительных подробностей и человека, которому доверяли. Через несколько аулов исходная история могла измениться до неузнаваемости, а иногда вслед за ней люди прятали призывников, продавали скот или собирались уходить за границу.

Почта ханов: как работал ям Золотой Орды.