Первый трейлер фильма «Одиссея» Кристофера Нолана, вышедший в декабре 2025 года, мгновенно стал главной темой для обсуждения. Зрители с нетерпением ждут премьеру грандиозной экранизации, которая намечена на июль 2026 года. Однако одним из самых спорных моментов оказался не сюжет или актерский состав, а внешний вид одного из героев, сообщает интернет-портал El.kz.
Речь идет о шлеме и доспехах царя Агамемнона, роль которого исполняет Бенни Сэфди. Многие зрители отметили, что его экипировка выглядит необычно современно. Угловатые формы и матовый черный цвет вызвали у фанатов прямые ассоциации с костюмом Бэтмена из знаменитой трилогии самого Нолана. В социальных сетях сразу появились шутливые сравнения и мемы.
Главным аргументом критиков стала историческая недостоверность образа. В микенскую эпоху, к которой относится действие мифа, доспехи изготавливались из бронзы и имели характерный блеск. Шлемы того времени были совсем другими — например, известные коринфские шлемы имели иную форму и толщину металла. Черный цвет и массивность доспехов Агамемнона кажутся многим полным анахронизмом.
Еще одной претензией стал слишком «чистый» и практически стерильный вид доспехов. Они выглядят так, будто только что сошли с производственной линии или были напечатаны на 3D-принтере. Некоторые зрители ожидали увидеть больше следов боевого прошлого, потертостей и естественного износа, которые добавили бы персонажу достоверности и глубины.
Сторонники Нолана напоминают, что фильм снимается по мифологическому эпосу, а не по историческому документу. В мире, где существуют циклопы и боги, научный подход не работает. Шлем здесь работает прежде всего как мощный визуальный символ.
Режиссерский подход можно рассматривать как сознательный художественный прием. Нолан использует костюм для усиления драматургии и создания запоминающегося образа. Угрюмые, почти готические доспехи могут отсылать к мрачной судьбе персонажа и его дальнейшему появлению в царстве мертвых. Это создает определенное настроение и выделяет Агамемнона среди других героев.
Станет ли этот спор частью успеха фильма? Интересно, что жаркие дебаты в сети только подогревают ажиотаж вокруг картины.
Гений Нолана — в подаче. Ожидайте, что время и память станут главными «персонажами». История будет рассказана нелинейно: воспоминания Одиссея о войне, муки Пенелопы в ожидании, скитания Телемаха — всё это может сплетаться в единое целое, создавая эффект эпической тоски и непрерывного пути.
Нолан — один из последних могикан, снимающих «вживую». Гигантский практический циклоп, настоящий океан в шторм, массивный Троянский конь, построенный в полную величину. Это не просто спецэффекты (CGI их будет минимум), а попытка дать зрителю физически ощутить миф. Шум воды, скрип дерева, тяжесть доспехов — всё это часть его режиссёрского почерка. Нолан, по сути, пытается создать современный светский эпос. В мире, где нет общей религии, таким объединяющим нарративом становятся глобальные блокбастеры.
Его «Одиссея» — это разговор на вечные темы (верность, испытание, возвращение домоя, цена победы) на языке, понятном цифровому поколению: безупречный IMAX-изображение, сокрушительный звук, сложная нелинейная структура и узнаваемые звёзды.
Это точно не случайность и не экономия на реквизите. Для Нолана визуальный образ — это прямой язык повествования. Этот шлем — не часть археологического музея, а кинематографический символ.
Спор о шлеме — лишь поверхность. На деле мы наблюдаем, как один из главных режиссёров нашего времени берётся за фундаментальный код западной культуры, чтобы переписать его для новой эпохи. Удастся ли ему это — покажет касса и время, но игнорировать эту попытку будет невозможно. Именно поэтому ажиотаж и споры начались за полтора года до премьеры.
Ранее мы рассказали, что Кристофер Нолан готовится представить свой самый масштабный проект. Фильм «Одиссея», выход которого намечен на июль 2026 года, станет прямой экранизацией знаменитой древнегреческой поэмы. Это история о десятилетнем пути царя Итаки домой после Троянской войны, наполненном встречами с мифическими существами и богами