От ранения Хромого Тимура до создания Казахского ханства: путь Кобыланды батыра

Он родился в эпоху распада Золотой Орды, подростком видел её последнюю великую катастрофу, в зрелости служил одному из сильнейших ханов степи и умер стариком, когда Казахское ханство уже стояло на ногах. Кобыланды батыр прожил около девяноста лет — и в этой жизни уместились три разных мира. Читайте обзор в статье El.kz

Кобыланды батыр происходил из рода кыпчак, из подразделения кара-кыпчак. Судя по всему он появился на свет около 1380 года в период распада Золотой Орды, в районе реки Арысь и гор Караспан. Отец его, Токтарбай, слыл знатным и досточтимым баем: летом кочевал у прозрачного озера Казыколды, облюбованного белыми лебедями, зиму проводил на южных склонах гор Караспан, где травы густы в любое время года. Говорили, что Токтарбай делился с соседями всем, чем владел сам.

Народный эпос описывает Кобыланды как человека неслыханного роста — с плечами как казан и руками как кувалды. Антропологи, исследовавшие его останки в лаборатории Герасимова в Москве восстановили лицо в начале 2000-х годов. К слову, работу по вскрыти останков в 1969 году провел Ноэль Шаяхметов - первый казахстанский антрополог. А исследовал захоронение археолог Алькей Маргулан в 50-х годах. 

Подросток при Тереке

В 1395 году, когда Кобыланды было около пятнадцати лет, Тимур нанёс Золотой Орде удар, от которого она уже не оправилась. На реке Терек войско хана Тохтамыша было разгромлено окончательно. После этого Тимур прошёл по волжским городам, сжёг Сарай и Астрахань, перерезал торговые пути. Орда рассыпалась на куски.

Степь не знала казарм и возрастных ограничений: мальчики росли в седле и видели войну с детства. Пятнадцатилетний сын знатного кыпчакского бая оказался при ордынском войске. 

Народная легенда пошла дальше. По преданию, именно копьё молодого Кобыланды достало Тимура в ногу — отсюда и прозвище Аксак, Хромец. Историки знают, что Тимур получил ранение ещё в 1362 году, задолго до Терека. Но для степного сказания это не противоречие. Кыпчакский подросток сразился с самым страшным завоевателем эпохи. Этот эпизод есть в книге Ильяса Есенберлина "Золотая орда". 

Слуга Абулхаира и войны на краю степи

К 1428 году, когда шейбанид Абулхаир-хан сел на трон и начал собирать Дешт-и-Кипчак под свою руку, Кобыланды было около пятидесяти. Самый страшный возраст для воина — не юность, когда сил много, а голова пустая, и не дряхлость, когда опыт есть, но тело сдаёт. Пятьдесят лет в степи — это человек, прошедший достаточно войн, чтобы не бояться, и ещё достаточно крепкий, чтобы побеждать.

Абулхаир воевал сразу на нескольких направлениях. В 1431 году в местности Икри-Туп на Сырдарье он разгромил войска потомков Тока-Тимура, захватив большое число пленных и добычи. В 1446 году ему удалось отобрать у акордынских ханов присырдарьинские города — Сыгнак, Сузак, Узгенд, Аккурган, Аркук. Сыгнак стал новой столицей. В 1450-е годы Абулхаир продолжал набеги на Самарканд и Бухару, вмешиваясь во внутренние усобицы тимуридов Мавераннахра.

Кобыланды как главный военачальник участвовал в этих войнах на западном и южном направлениях — там, где степные роды сталкивались с ногайскими биями и с осколками старых ордынских владений. По преданию, в одном из таких походов Кобыланды в тяжёлом поединке победил хана Казана и освободил пленённых кипчаков. 

У Абулхаира было двое любимцев. Один — Кобыланды из рода кара-кыпчак, воин. Другой — Дайыркожа из рода аргын, судья и бий, которого народ за справедливость прозвал Акжол. Оба были приближены к хану, оба имели влияние. И оба тихо ненавидели друг друга.

Убийство в степи

К 1460-м годам Кобыланды было за восемьдесят. Абулхаир слабел, ханство трещало по швам, сдерживающей силы становилось всё меньше. Ненависть к Акжол-бию, копившаяся десятилетиями, наконец вырвалась.

По преданию, записанному Шакаримом Кудайбердиевым, Кобыланды бросил всё и помчался к Дайыркоже, которого застал в степи во время охоты — вооружённого лишь деревянной дубинкой. Акжол уступал батыру в физической мощи и боевых умениях. Кобыланды вызвал его на поединок прямо там и убил, хотя это нарушало обычаи проведения подобных схваток.

В народе до сих пор сохранилась песня, написанная отцом Акжола, — старик оплакивает сына: «

Что ты потерял у каракыпчака Кобыланды, жеребёнок мой?!

Когда Абулхаир умер и конфликт потерял смысл, препятствие для примирения исчезло само. Степь умела прощать, когда появлялись враги важнее. После гибели Абулхаира в 1468 году его ханство рассыпалось быстро. Кипчакские роды во главе с Кобыланды присоединились к хану Жанибеку. Батыр, который всю жизнь воевал, а не управлял, сделал выбор прагматично.

У старого кипчакского воина и основателей ханства появились общие враги.

Легенды, которые народ приписал батыру

После примирения с Казахским ханством Кобыланды оказался втянут в конфликт, который на первый взгляд кажется чужим — внутреннюю распрю Ногайской Орды. Но это только на первый взгляд.

Ногайская Орда к середине XV века окончательно обособилась и стала активно расширяться на восток и юг. Потомки Едиге делились на враждующие кланы, каждый из которых искал союзников в степи. Кобыланды был дружен с батыром Ораком и враждовал с его отцом Алшагыром. 

Алшагыр участвовал в набегах на земли кипчаков, разорив и разграбив их аулы. Кобыланды возглавил войско и в тяжёлом поединке убил его сам. 

Убийцей Кобыланды стал Орак батыр, сын Алшагыра, который сразил его на территории современной Актюбинской области. Сын пришёл мстить за отца. 

Смерть в бою

Захоронение Кобыланды батыра находится на левом берегу реки Кобда. В 1969 году останки подняли из склепа и перевезли в Алматы. Облик батыра восстановили в лаборатории антропологической реконструкции имени Герасимова в Москве: это был воин с волевым подбородком. В 2007 году на месте захоронения построили мавзолей высотой 17,5 метра в форме традиционного шлема казахских батыров.

Были ли два Кобыланды 

Историк Жаксылык Сабитов предположил существование двух батыров по имени Кобыланды из одного рода кара-кыпчак. Один жил в эпоху Тохтамыша и Едиге — конец XIV века. Другой, жил в последней четверти XV — начале XVI века и был современником Алшагыра. 

Но есть среди преданий о Кобыланды есть одно, которое стоит особняком от всех остальных. Оно не про войну и не про политику — оно про время.

По преданию, народный герой, преследуемый врагами, оказался на пустынном острове Барсакельмес в Аральском море. Там он пробыл трое суток — скрывался, отдыхал, ждал. Затем отправился в обратный путь. Вернувшись на родину, он обнаружил, что прошло не три дня, а тридцать три года. Люди, которых он помнил молодыми, состарились. Дети выросли. Мир стал другим. С тех пор остров Барсакельмес — в переводе с казахского «пойдёшь — не вернёшься» — приобрёл славу места, где меняются время и пространство.

Если позволить себе вольную версию этой легенды и наложить её на хронологию, которую мы выстраиваем, получается история почти фантастическая. Представьте: Кобыланды рождается в XIV веке, в самый разгар золотоордынских смут. Он юноша при Тохтамыше, молодой воин в эпоху ханской чехарды после Тимура. Затем — Барсакельмес. Трое суток на острове, где время течёт иначе. И он возвращается в мир, где уже правит Абулхаир, где степь поделена по-новому, где его современников нет в живых, а сам он не постарел ни на день.

Впрочем, Кобыланды мог себе позволить быть в седле до старости. Ведь смысл жизни оказался цельным — подросток при гибели Орды, воин при её осколках, старик при рождении нового ханства.