С начала 2025 года Казахстан приступил к масштабной реформе банковского законодательства, направленной на создание прозрачной, устойчивой и технологичной финансовой системы, сообщает El.kz со ссылкой на Агентство по регулированию и развитию финансового рынка.
Разработка нового Закона о банках стала одной из самых масштабных юридических инициатив последнего десятилетия. Документ — результат глубокой переработки прежней нормативной базы и переосмысления роли банков в экономике. Его создание инициировал Глава государства, поставив задачу — сформировать современную, справедливую и конкурентную систему, где интересы клиента и стабильность рынка будут приоритетом.
Как отмечает в своей пояснительной статье заместитель председателя Агентства Даурен Салимбаев, работа над законом велась несколько месяцев и включала более тридцати открытых встреч с экспертами, банками и международными консультантами. В итоге был принят комплексный документ из 135 статей и девяти разделов, который охватывает весь жизненный цикл банка — от получения лицензии до возможного урегулирования неплатёжеспособности.
Главная цель реформы — создать единую правовую архитектуру, которая позволит финансовому сектору развиваться устойчиво и безопасно, обеспечивая при этом справедливое отношение к клиентам. Новый закон интегрирует лучшие международные практики и рекомендации Международного валютного фонда, а также опыт ведущих финансовых юрисдикций — Великобритании, Малайзии, ОАЭ и стран Европейского союза.
Закон призван стать фундаментом для нового этапа эволюции банковской системы Казахстана, где ключевыми принципами станут цифровизация, защита прав потребителей и устойчивость финансовых институтов.
Новый Закон о банках стал переломным документом, который полностью меняет подход к регулированию и надзору за финансовыми институтами.
Если раньше контроль за банками сводился в основном к соблюдению финансовых показателей и ликвидности, то теперь в фокусе — весь спектр их деятельности: корпоративное управление, риск-менеджмент, защита клиентов и технологическая устойчивость.
Главная идея реформы — не усложнение правил, а создание прозрачной и предсказуемой системы, где каждый участник рынка понимает зону своей ответственности. Закон систематизировал десятки разрозненных норм и ввёл понятие единого «жизненного цикла банка»: от момента лицензирования до урегулирования возможных проблем с ликвидностью или платежеспособностью.
Впервые в истории казахстанского финансового сектора прописаны чёткие процедуры взаимодействия между регуляторами — Агентством по регулированию и развитию финансового рынка и Национальным банком. Оба органа теперь действуют как единая система, где Агентство отвечает за надзор и защиту интересов клиентов, а Нацбанк — за монетарную политику, технические стандарты и контроль цифровой инфраструктуры.
Закон также усиливает персональную ответственность руководителей и акционеров банков: они обязаны не только соблюдать нормативы, но и обеспечивать добросовестное управление средствами клиентов. В случае системных нарушений вводится механизм мотивированного суждения регулятора, который позволит оценивать реальные, а не формальные обстоятельства.
Таким образом, Казахстан фактически переходит к новой модели надзора — от формального контроля к оценке реальной устойчивости и прозрачности деятельности каждого банка.
Цифровизация стала сердцем нового банковского закона — впервые на законодательном уровне в Казахстане закреплены правила обращения цифровых финансовых активов.
Закон не просто признаёт цифровые технологии частью банковской экосистемы, но делает их её основой. Теперь в правовом поле официально появились три типа цифровых финансовых активов (ЦФА):
1. Стейблкоины — цифровые токены, обеспеченные деньгами и имеющие стабильную стоимость.
2. Обеспеченные активы, выпускаемые под конкретный базовый ресурс, например, золото или нефть.
3. Токенизированные финансовые инструменты — акции, облигации и иные ценные бумаги в цифровом формате.
Все они приравниваются к классическим финансовым инструментам и регулируются по тем же стандартам. Это означает обязательную регистрацию платформ, контроль операций, раскрытие информации и защиту прав инвесторов.
Для стабильной работы цифрового рынка предусмотрено распределение полномочий между регуляторами:
– Национальный банк будет определять технические стандарты, следить за выпуском и обращением стейблкоинов, а также за интеграцией цифровых платформ в единую правовую систему;
– Агентство по регулированию и развитию финансового рынка займётся инвестиционной частью — выпуском и обращением цифровых ценных бумаг, контролем эмитентов и защитой инвесторов.
Совместно оба ведомства установят правила работы ключевой инфраструктуры — платформ, регистраторов и бирж. Это создаст основу для прозрачного и безопасного развития рынка цифровых активов, что особенно важно в эпоху глобального роста финтеха.
Отдельное внимание уделено цифровому тенге — новой форме национальной валюты, которая позволит проводить расчёты в онлайне через мобильные приложения и интернет-сервисы. Он станет элементом системы быстрых, безопасных и полностью прозрачных платежей.
Помимо этого, усилены требования к платёжным организациям: теперь вводится единая процедура учётной регистрации, а также чётко прописаны основания для исключения компаний из реестра.
Такой шаг формирует технологически нейтральную и конкурентоспособную финансовую среду, где инновации не подменяют стабильность, а становятся её инструментом.
Одним из ключевых нововведений Закона о банках стало внедрение двухуровневой системы лицензирования — базовой и универсальной. Этот шаг меняет архитектуру всего банковского рынка Казахстана.
Ранее все банки действовали по единой лицензии, независимо от масштаба бизнеса. Теперь же законодательство вводит более гибкую модель, позволяющую новым и небольшим участникам выходить на рынок без избыточной регуляторной нагрузки.
Базовая лицензия предназначена для малых и региональных банков, ориентированных на ограниченный набор операций. Для них установлены упрощённые требования по минимальному капиталу и ограничение на виды деятельности. В частности, такие банки не смогут кредитовать аффилированных лиц и нерезидентов, будут ограничены в объёмах рискованных инвестиций и крупных сделок. Также предусмотрен лимит на привлечение депозитов физических лиц.
Однако это не означает послабления контроля: обладатели базовой лицензии проходят регулярные проверки по модели SREP (Supervisory Review and Evaluation Process). Этот метод позволяет регулятору оценивать устойчивость банка комплексно — с учётом рисков, корпоративного управления и адекватности капитала.
Универсальная лицензия, напротив, остаётся за крупными финансовыми институтами, которым разрешено проводить весь спектр банковских операций — от классического кредитования и депозитов до инвестиционного и международного обслуживания.
Такая дифференциация создаёт сбалансированную конкурентную среду: крупные игроки сохраняют системную стабильность, а небольшие банки получают шанс на развитие, не неся непосильных расходов.
Для клиентов это означает больший выбор и доступность: малые банки смогут обслуживать региональных предпринимателей, развивать нишевые продукты и внедрять инновационные решения, включая цифровые сервисы.
В перспективе двухуровневая модель должна стимулировать рост финансовой инклюзии — вовлечение в банковскую систему населения из отдалённых регионов и малого бизнеса, который раньше оставался вне фокуса крупных игроков.
Новый Закон о банках впервые закрепил принцип поведенческого надзора — модель, где в центре внимания не цифры и балансы, а человек.
Если раньше надзор ограничивался оценкой финансовых показателей, то теперь регулятор будет следить за тем, как банки ведут себя по отношению к клиентам. Приоритетом становится честность, прозрачность и ответственность в предоставлении услуг.
Закон вводит чёткие требования к рекламе и раскрытию информации: банки больше не смогут использовать мелкий шрифт, двусмысленные формулировки и агрессивные маркетинговые приёмы. Любой продукт должен быть представлен так, чтобы клиент ясно понимал, на каких условиях он его получает.
Особое внимание уделено ответственному кредитованию. Финансовые организации обязаны проверять, подходит ли конкретный продукт конкретному человеку. Это означает, что при выдаче кредита банк должен учитывать платёжеспособность, долговую нагрузку и финансовое положение клиента, чтобы не допустить избыточных долгов.
Также закреплён запрет на навязывание дополнительных услуг и введена обязанность предоставлять потребителю полную информацию о рисках.
Жалобы граждан теперь будут рассматриваться в два этапа:
1. сначала — самим банком или МФО;
2. если спор не решён, — Единой службой финансового омбудсмана, которая объединит все функции досудебного урегулирования конфликтов.
Кроме того, закон обязывает банки и микрофинансовые организации проводить программы по повышению финансовой грамотности населения. Это особенно важно в условиях цифровизации, когда на рынке появляются новые сложные продукты, и клиент должен понимать, как они работают.
Такой подход превращает банковский сектор из формальной системы в социально ориентированный институт, где репутация и доверие клиента становятся главной валютой.
Новый Закон о банках вводит современную трёхступенчатую систему антикризисного регулирования, основанную на международных стандартах и принципах ответственности.
Главная цель этой системы — не допустить повторения ситуаций, когда убытки банков ложатся на плечи государства и налогоплательщиков. Теперь каждое финансовое учреждение обязано заранее готовиться к возможным кризисным ситуациям.
Первая ступень — усиленный надзор. Регулятор отслеживает финансовое состояние банка и при первых признаках проблем требует корректирующих мер.
Вторая — режим восстановления, когда банк сам разрабатывает и реализует план по стабилизации.
Третья — режим урегулирования, если самостоятельные меры не сработали. В этом случае вводится временная администрация, проводится оценка жизнеспособности банка, а затем применяются инструменты урегулирования.
Среди таких инструментов — передача активов и обязательств другому банку, создание переходного банка (bridge bank), продажа бизнеса или списание долгов перед акционерами и инвесторами. Это позволяет сохранить работу жизненно важных сервисов и защитить интересы вкладчиков.
Особое значение имеет принцип TLAC (Total Loss Absorbing Capacity) — требование, чтобы системно значимые банки имели достаточный запас капитала и долговых инструментов, которые можно конвертировать в капитал при возникновении убытков.
В основе всей системы лежит принцип NCWO — No Creditor Worse Off, то есть «ни один кредитор не должен пострадать больше, чем при обычной процедуре банкротства». Это гарантирует справедливость распределения убытков и исключает произвольное вмешательство государства.
Государственная помощь теперь допускается только в крайних случаях, когда все рыночные инструменты исчерпаны, а банк представляет системный риск для экономики. Даже тогда вмешательство возможно лишь при соблюдении строгих условий: прозрачности решений, ограниченности объёма и обязательного возврата вложенных средств.
Таким образом, новый закон исключает возможность «спасения» банков за счёт бюджета и закрепляет принцип личной ответственности владельцев и менеджмента. Это делает систему более предсказуемой, устойчивой и справедливой по отношению к вкладчикам.
Надёжность банка начинается с управления. Новый Закон устанавливает чёткие стандарты корпоративного управления, усиливая ответственность руководителей, акционеров и членов совета директоров.
Главная идея проста: устойчивость банка напрямую зависит от того, насколько честно, профессионально и прозрачно принимаются решения внутри организации.
Теперь руководители подразделений по рискам, внутреннему контролю и комплаенсу официально признаются ключевыми фигурами в управлении банком. К ним предъявляются те же требования, что и к членам правления: наличие профильного образования, подтверждённый опыт, безупречная деловая репутация и отсутствие конфликтов интересов. Их независимость закреплена законодательно, чтобы эти службы могли реально влиять на решения, а не быть формальностью.
Советы директоров также ждут серьёзные изменения. Каждый член совета, особенно независимый директор, должен соответствовать чётким критериям — от профессиональной квалификации до подтверждения независимости от менеджмента и акционеров. Теперь вводятся ограничения по сроку полномочий и обязательная ежегодная проверка независимости — как со стороны самого банка, так и со стороны регулятора.
Кроме того, в законе закреплено право Агентства применять механизм мотивированного суждения — это означает, что надзорный орган может учитывать не только формальные признаки, но и фактические обстоятельства. Например, если член совета де-факто связан с банком или действует в интересах конкретного акционера, это может быть признано нарушением, даже если на бумаге всё выглядит корректно.
Чтобы банки не превращались в владельцев недвижимости и предприятий, введено ограничение: имущество, полученное в результате взыскания долгов, не может оставаться на балансе более трёх лет. Это стимулирует банки возвращать активы в реальный сектор и снижает уровень непрофильных рисков.
Такие меры формируют культуру ответственного корпоративного управления, где управленческие решения принимаются в интересах клиентов и устойчивости системы, а не отдельных групп влияния.
Новый Закон о банках впервые создаёт полноценную правовую базу для развития исламского финансирования — сектора, который ранее существовал в Казахстане лишь фрагментарно.
Главным нововведением стала модель «исламских окон». Это означает, что традиционные банки теперь смогут предоставлять исламские финансовые услуги в рамках своей лицензии, без необходимости создавать отдельное учреждение. Такой подход значительно упрощает доступ клиентов к исламским продуктам и открывает новые ниши для инвестиций.
Все операции в рамках «исламского окна» будут вестись обособленно — с отдельным учётом, внутренними барьерами и обязательным наличием совета по шариатскому соответствию. Этот совет будет следить за тем, чтобы каждая операция соответствовала принципам исламского права, исключающим проценты и спекуляции.
Эта гибкая модель уже доказала свою эффективность в ряде стран с развитыми исламскими рынками — ОАЭ, Малайзии, Саудовской Аравии и Пакистане. Теперь аналогичный механизм вводится и в Казахстане, что позволит расширить финансовую инклюзию и привлечь инвестиции из стран исламского мира.
Благодаря этому нововведению, клиенты смогут выбирать между традиционными и этичными исламскими продуктами, а банки — диверсифицировать источники финансирования и укреплять доверие со стороны новых категорий вкладчиков.
По сути, развитие исламского финансирования — это не просто шаг навстречу культурным и религиозным предпочтениям части граждан, а стратегический инструмент диверсификации финансового рынка и привлечения долгосрочных инвестиций в экономику страны.
Новый Закон о банках — это не просто обновление правил, а полная перезагрузка финансовой системы Казахстана.
Он объединяет в себе три ключевых принципа современного регулирования — устойчивость, справедливость и технологичность. Благодаря этому документу банковская система получает надёжную правовую основу, а клиенты — реальную защиту своих интересов.
Закон делает рынок более гибким, вводит механизмы ответственности и прозрачности, повышает требования к управлению и внедряет передовые цифровые инструменты. Теперь финтех и традиционные банки смогут развиваться на равных условиях, а конкуренция — стать стимулом, а не угрозой.
Для казахстанцев это означает более справедливое отношение банков, честные условия кредитования, надёжную защиту вкладов и появление новых финансовых продуктов, включая цифровые активы и исламские услуги.
Для государства — это гарантия того, что финансовая система будет устойчивой к кризисам, прозрачной для надзора и привлекательной для инвестиций.
Как подчёркивает заместитель председателя Агентства Даурен Салимбаев, этот закон — результат совместной, открытой и экспертной работы государства, банков и международных партнёров. Он формирует доверие, укрепляет финансовую культуру и открывает перед Казахстаном новую эпоху развития банковского сектора.
Казахстанцам не нужно объяснять, зачем они покупают доллары – заявление Нацбанка.