Меирбек Мукатов — человек, чей профессиональный путь в государственной службе Казахстана насчитывает более десяти лет. Сегодня Меирбек активно делится своим опытом через социальные сети и книги, в которых он раскрывает внутреннюю кухню госслужбы, её вызовы и возможности. В этом интервью El.kz он рассказал о мотивации, бюрократии, влиянии технологий на государственное управление и о том, почему его книга «Мнимый реформатор» нашла отклик не только у госслужащих, но и у представителей частного сектора.
Вы работали на госслужбе более 10 лет. Почему вы решили уйти?
— На самом деле желания уходить с госслужбы никогда не было. Скажем так, есть люди, которые до мозга костей госслужащие, и я считаю себя одним из них. Но я хотел поработать в IT, ощутить и, так сказать, руками потрогать сущность высоких технологий. Я многое узнал и участвовал в запуске важных проектов и теперь понимаю, что это невероятно ценный опыт. Каждый должен выйти за пределы системы, посмотреть на госуправление со стороны, вкусить реалии «открытого плавания». Я глубоко убеждён, что человек, который побывал на рынке и знает его нюансы, становится особенно ценным на госслужбе, учитывая его экспертизу и опыт. Сейчас я стараюсь быть полезным, помогая, в том числе, Общественному совету города Астаны.
Что мотивировало вас начать вести блог в соцсетях?
— Первый пост я написал, будучи директором департамента стратегического планирования МЦРИАП, ныне Министерства искусственного интеллекта. Ко мне постоянно обращались коллеги и подчинённые с просьбами дать совет или помочь разобраться в какой-то ситуации. Даже из других ведомств часто обращались. В итоге я начал писать открыто о том, как госслужба, к сожалению, порой «съедает» мотивацию и благие намерения. Но основное, о чём я писал, — как эту мотивацию сохранить. Мой главный тезис: «Кто, если не мы?».
Какие ситуации за время работы на госслужбе вам запомнились больше всего?
— Госслужба — это сильная школа, в которой очень много полезного и ценного. Но порой, даже находясь внутри системы, ты не можешь дать ответ, почему ты должен делать то или иное и зачем это нужно. Почему задача срочная и в приоритете? Зачем готовить справку или проводить форум, если, нужно поддержать, к примеру, финансированием рынка.
Чем, по вашему мнению, казахстанская модель госслужбы отличается от зарубежных?
— На самом деле госслужба везде одинакова. Как бы мы ни хвалили другие страны, у каждой есть свои преимущества и недостатки, но в основе — единый механизм иерархического принятия решений. В нашем случае, конечно, сказывается культурный код. Мы способны быстро и оперативно собраться, можем просто на месте такой движ создать, что мало не покажется. Наша ДНК кочевников — это оперативность, гостеприимство, а иногда и неторопливость, когда нужно не торопиться с выводами и суждением – это как раз про нас. Но порой сталкиваешься с излишней бюрократией, а местами — с неприкрытым нежеланием отдельных руководителей внедрять инновации и высокие технологии под предлогом «рисков и безопасности». У всего есть цена, и со временем мы поймём, что, сейчас, закрываясь от некоторых перспективных решений, мы упускаем возможности.
Что бы вы изменили в казахстанской госслужбе?
— Это глубокий вопрос, который, пожалуй, заслуживает отдельного интервью. Я все-таки начал бы думать над долгосрочным планированием карьеры каждого госслужащего. Если спросить любого госслужащего, то сложится впечатление, что он либо не знает, что будет делать через год или временно отсиживается. Нужен индивидуальный подход: у каждого должен быть карьерный трек, план и стратегия личного и профессионального роста.
Сейчас у многих нет мотивации, и люди пытаются «прыгнуть» куда-то ещё, потому что их ничего не держит. Порой слышишь, что принцип меритократии местами нарушается и продвигаются все же, надо признать, люди приближенные. Нам нужны инструменты, чтобы удерживать сотрудников на госслужбе. Это не только зарплаты, но и конкретные меры, которые мотивировали бы служить дольше. Это системная работа и, возможно, потребует более глубинных изменений.
Ещё одна проблема — сложность карьерного роста. Дойти до уровня начальника управления реально, но дальше продвижение сильно зависит от личных предпочтений политических руководителей. С этим нужно что-то делать. Я бы также убрал «негативную принципиальность» — когда написанное на бумаге становится нерушимым кодексом, хотя реальность другая или все меняется. В своей книге я пишу, что у нас нет институциональной памяти. Приходит новый руководитель — и всё обнуляется. Нужно не ломать, а дополнять.
Какие основные проблемы в казахстанской госслужбе вы замечаете?
— Я бы хотел все-таки поговорить о том, куда расти. Важно уделять больше внимания простым сотрудникам — экспертам, глав-экспертам. Было бы здорово, если бы, например, на уровне зама первого руководителя уполномоченного органа по госуправлению регулярно встречался с сотрудниками, собирал их «боли», выяснял, чем помочь и что изменить. В регионах ситуация ещё сложнее: с приходом нового руководителя старые кадры часто уходят. Важно собирать проблемы и решать их — тогда никто уходить не будет. Кабинетная жизнь давно закончилась, сегодня вся работа — на местах. Ещё одна проблема — нехватка кадров. Людей не хватает, а работы много. Бывает, что один специалист выполняет задачи сразу трёх руководителей.
За что вы могли бы похвалить казахстанскую госслужбу?
— Госслужба — это сильная школа, где формируется профессионализм. Как говорит один мой друг, это сильная профессиональная среда. Как правило, и я об этом пишу в книге, на госслужбу не приходят профи, но там они ими становятся. Госслужба учит критическому мышлению, организационным навыкам, умению проверять и дорабатывать сырые идеи или информацию. Можно похвалить за стремление экспериментировать. Не везде, но прогресс заметен. Есть хорошие примеры. Мне нравятся руководители цифровизации в регионах, например, Караганда, Костанай, Акмолинская область. Там реально работают над качеством интернета, а еще лучше — внедряют цифровые проекты и открыты к предложениям. Иногда в центре такого не увидишь. Приятно, что у нас появляется цифровая зрелость в госорганах. Люди начинают разбираться и мыслят в контексте: «А как это будет полезно для граждан?».
Почему, на ваш взгляд, на госслужбе так любят бюрократию?
— В шутку, ссылаясь на свою книгу «Мнимый реформатор», я бы сказал, что бюрократию любят, чтобы уменьшить личную ответственность. Но бюрократия — это часть системы госуправления, и в чистом виде в ней нет ничего плохого. Она нужна для сдержек и противовесов, когда нужно принимать правильные, разумные и согласованные решения. Иначе мы бы давно уже прошли пять атомных бомб. Бюрократия нужна для взвешенных решений.
Какие последствия работы на госслужбе могут проявиться у сотрудников (профессиональная деформация)?
— Знаете, я иногда в шутку говорю себе, что я могу идти в парке и думать: «Сколько сотрудникам пришлось бегать, согласовывать эскизы, выбивать разрешения в кабинетах?». Сколько бумаг, служебок и писем понадобилось на все это… смеюсь. Или, например, коллеги говорят, что я усложняю всё, ищу подвох или готовлюсь к худшему. Это плохо: смотреть на концерт и думать, сколько человек ночами сидели и прописывали каждую деталь.
Госслужащий даже на выходных не может расслабиться. Я давно ушёл с госслужбы, но до сих пор боюсь, что сейчас «прилетит» какая-то неподъёмная задача или хейт. Например, видишь пробки во время саммитов и думаешь: «Сколько сейчас госслужащих тонут в потоке оскорблений, хотя они, по их мнению, делают благое дело?». К сожалению, простой специалист не может в полной мере наслаждаться благами, созданными для населения, понимая, сколько труда за этим стоит, но говорить об этом открыто нельзя — захейтят.
Какие умения и навыки стоит развивать госслужащим?
— Главное — умение отделять зёрна от плевел. Не забывать, ради чего ты здесь, и уметь ждать своего времени. Госслужба — это про терпение. Либо ты терпишь временные трудности, либо нехватку денег, либо хейт. Иногда — всё вместе.
Как технологии и внедрение искусственного интеллекта влияют на госслужбу? Это положительное или отрицательное влияние?
— Внедрение искусственного интеллекта — однозначно положительное явление. Но мы должны исходить из болей, понимать, в каких направлениях это реально нужно. Технология ради технологий – ничего не даст. Навязывание ИИ там, где он не нужен, — это просто пыль в глаза. Внедрение должно быть гибким, мягким, без жёстких требований и наказаний за отсутствие результатов. Никто ещё не знает, ещё не знает, как это всё обернется и какой должен быть реальный результат. ИИ нужно внедрять там, где есть желание, возможности и потребность, а затем дорабатывать и распространять на другие сферы.
Когда я работал, тоже было: «Срочно всё оцифровать!». И побежали. Я бы сначала спросил: «Где это нужно? Какую задачу мы решаем?». Например, нет смысла использовать ИИ для ответов на вопросы граждан. Лучше внедрить ИИ, который будет анализировать настроения населения, выявлять проблемы и предупреждать: «Скоро там прилетит».
Есть ли в нашем обществе «культ начальника» (желание занять руководящую должность)? Если да, то откуда эта потребность?
— Эта проблема не только на госслужбе. На самом деле, и это так мне пишут, в частном секторе такие же проблемы. К сожалению, я вынужден прийти к выводу, что у нас пока не сформировалась культура современного менеджмента. К примеру, в мире уже давно перешли к модели рассуждающего управленца, который объясняет свои решения и обсуждает их.
«Культ начальника» уже не несёт того негативного оттенка, как в 2000–2015 годах. Сегодня должность уходит на второй план. Сейчас для населения важнее бэкграунд и авторитет самого человека. Уже нет такого, чтобы перед руководителями лебезят и подстраиваются под каждого нового начальника. Это я и пишу в книге «Мнимый реформатор» в первой части, где герой рассуждает: «Зачем мне должность без конкретных результатов и полномочий?».
Современные молодые руководители идут за должностью не с мыслью «хочу быть начальником», а с желанием улучшить систему, убрать барьеры, через которые они сами прошли, облегчить что-то и удалить ненужное. Социальная потребность в должности осталась с «голодных времён», когда начальники были богаче и сытее. Сейчас многие руководители живут на уровне или даже ниже по достатку, чем работники промышленности, сферы услуг или высокотехнологичного сектора.
Что вдохновило вас написать книгу о госслужбе?
— Сначала я писал посты, но в 2018–2019 годах идей стало так много, что появилась потребность в отдушине. Еще тогда все коллеги смеялись над моими фразами и тем, как я смотрю на систему принятия решений. Я хотел показать, почему госслужащий делает то, за что его критикуют, и объяснить, что кто-то должен брать на себя непопулярные решения. Когда я писал книгу, я хотел, чтобы каждый на секунду остановился и задумался: «А правильно ли я делаю?».
Как читатели приняли вашу книгу?
— Отзывы очень хорошие. Книгу читают не только в Казахстане, но и в России, Узбекистане, Кыргызстане. Я был удивлён, что среди читателей много людей из частного сектора. Это дает мне право сделать вывод, что нет проблемы на госслужбе, проблема в целом есть: она про уровень управленцев в стране. По статистике, книгу прочитали более тысячи человек только на одном популярном сервисе, и это не считая бумажных экземпляров, которые, кстати, сам был свидетелем, многие копируют на принтере.
Сталкивались ли вы с критикой и хейтом?
— Пока нет. Откровенно говоря, есть лишь одна «волна хейта», если это можно так назвать, — что книга слишком короткая, читатели хотят продолжения. История главного героя волнует всех, кто читал ее. Недавно я выпустил вторую часть — «Мнимый реформатор: Отшельник». Она тоже показалась читателям короткой. Есть она история, почему она небольшого объёма, многие отнесли это к маркетинговому ходу, но там очень простая причина: на госслужбе у меня не хватило денег на редактора, чтобы доработать весь текст. Пришлось «рубить» посередине. Вот такая история.
Интервью с Меирбеком Мукатовым раскрывает не только внутреннюю кухню казахстанской госслужбы, но и глубокий взгляд на её вызовы и перспективы. Его опыт показывает, как важно не бояться выходить за рамки привычного и искать новые пути для развития. Меирбек вдохновляет своим стремлением делиться знаниями, подчёркивая, что госслужба — это не только про бюрократию, но и про людей, которые хотят сделать систему лучше. Благодарим Меирбека Мукатова за откровенное интервью, его ценные инсайты и вдохновляющую энергию!
Вот тут можно прочитать интервью с актёром театра и кино Саматом Шаутимовым.