Горы в двадцати минутах от центра: чему Кок-Жайляу может научиться у Инсбрука

В Алматы строят Almaty SuperSki — горнолыжный курорт на Кок-Жайляу, который обещают открыть к концу 2028 года. Город, из которого до снежных склонов рукой подать, — редкость даже для Европы. Но такое место есть: австрийский Инсбрук. Здесь утром можно выпить кофе на старинной площади, а через двадцать минут встать на лыжи на высоте двух тысяч метров. Рассказываем, как устроен этот альпийский город и какие уроки из его опыта может извлечь Алматы.

Инсбрук — главный город австрийской земли Тироль, и горы здесь видны отовсюду. Над черепичными крышами старого города, над знаменитым Золотым крышем и пёстрыми домами набережной реки Инн стеной поднимается хребет Нордкетте. Зимой его вершины сверкают снегом, и кажется, что до них можно дотянуться рукой.

Город дважды принимал зимние Олимпийские игры — в 1964 и 1976 годах. С тех пор Инсбрук считает себя столицей горных видов спорта. Над городом возвышается трамплин Бергизель, а склоны начинаются почти на окраинах.

Мечта поднять горожан на вершины родилась в Инсбруке ещё в начале XX века. В 1906 году частные предприниматели построили горный трамвай до плато Хунгербург. В 1909-м появились планы протянуть канатную дорогу выше, к самым пикам, но их перечеркнула Первая мировая война.

К идее вернулись только в 1920-х. Город выбирал из четырёх проектов и остановился на самом простом в исполнении. Стройка началась летом 1927 года. Техники для подъёма материалов почти не было, и всё решали люди. Десять носильщиков дважды в день поднимали в гору грузы по 70–80 килограммов, а местные мальчишки за мелкие монеты носили им воду и еду. Часть материалов сбрасывали с самолёта на парашютах, и не все грузы долетали целыми.

Уже в июле 1928 года, через год после начала работ, открылся первый участок до станции Зеегрубе, с рестораном и гостиницей, а через две недели — второй, до вершины Хафелекар. Станции по итогам городского конкурса спроектировал молодой архитектор Франц Бауман. Сегодня они охраняются как памятники и почти не изменились за сто лет. Пресса тех лет встретила дорогу восторженно, и вскоре она стала символом города.

Из центра — прямо в облака

Главная гордость Инсбрука — канатная дорога Нордкеттенбанен. Её нижняя станция находится в самом центре, рядом с конгресс-холлом. Сюда приходят пешком, в лыжных ботинках, с доской под мышкой, вперемешку с туристами и офисными работниками.

Сначала гостя везёт фуникулёр — горный трамвай. Его станции спроектировала знаменитый архитектор Заха Хадид. Плавные стеклянные навесы похожи на застывшие льдинки или волны свежего снега. За восемь минут вагон проезжает под рекой, мимо альпийского зоопарка и поднимается к посёлку Хунгербург.

Дальше начинается настоящая магия. Кабина канатной дороги отрывается от земли, город внизу становится игрушечным, а за окном вырастают скалы. Ещё девять минут — и вы на станции Зеегрубе, на высоте около 1900 метров. Ещё столько же — и под ногами вершина Хафелекар, 2256 метров. Весь путь от центра города до пика занимает около двадцати пяти минут.

В ясный день отсюда видно больше четырёхсот вершин. Внизу как на ладони лежит Инсбрук с его крышами и шпилями, ленты дорог и долина реки Инн, а вокруг — бесконечные гребни Альп.

Склон для смелых

Сам по себе горнолыжный район Нордкетты невелик: около 14 километров трасс и шесть подъёмников. Зато он с характером. Большая часть трасс — средней сложности, а ещё есть около пяти километров диких спусков вне подготовленных склонов.

Местная легенда — Карринне, узкий кулуар у вершины Хафелекар. Его уклон доходит до 70%, и он считается одним из самых крутых спусков в Европе. Стоя на его краю, лыжник видит под собой отвесный снежный жёлоб, а далеко внизу — улицы города. Для новичков здесь есть детская зона с ленточным подъёмником и пологими склонами, а для молодёжи — парк с трамплинами и перилами для трюков.

Интересно, что снежных пушек на Нордкетте нет: здесь катаются только по естественному снегу.

Один абонемент — двенадцать курортов

Инсбрук берёт не размером одного склона, а тем, что вокруг города рассыпано сразу несколько курортов. Единый абонемент открывает двенадцать горнолыжных районов в окрестностях Инсбрука и в долине Штубай — в сумме 265 километров трасс. В него входят и бесплатные лыжные автобусы, и посещение городских музеев и достопримечательностей.

Сколько это стоит

Дневной абонемент на Нордкетту в сезон 2025/2026 стоил 56 евро для взрослых и 33,6 евро для детей. Единый абонемент на всю округу на два дня в новом сезоне обойдётся в 162 евро, на неделю — в 433 евро. Просто подняться на вершину Хафелекар и обратно без лыж стоит 44 евро.

Для сравнения: самый дорогой дневной абонемент на будущем курорте Кок-Жайляу, по предварительной оценке, будет стоить около 14 тысяч тенге — вдвое дешевле. Школьникам катание обещают сделать бесплатным, а пенсионерам и людям с инвалидностью — дать льготы.

Шницель на высоте двух тысяч метров

Отдельное удовольствие Тироля — горная кухня. В ресторане на станции Зеегрубе за огромными панорамными окнами расстилаются облака, а на столе дымится тирольский грёстль — жареный картофель с кусочками мяса, луком и яичницей-глазуньей сверху.

Но главный альпийский десерт — кайзершмаррн, «императорская мешанина». Это пышный омлет-блин, который прямо на сковороде рвут на кусочки, обжаривают в масле до золотистой корочки, щедро посыпают сахарной пудрой и подают с горячим сливовым или яблочным вареньем. Снаружи хрустящий, внутри нежный, как облако, он тает во рту, а после морозного спуска кажется лучшей едой на свете.

Тем, кто замёрз, предлагают германкнёдель — огромную паровую булочку с повидлом внутри, политую растопленным маслом и посыпанную маком. Или кеспресскнёдель — сырные клёцки в горячем бульоне. Согреться помогает глинтвейн с корицей и гвоздикой. А на десерт — тёплый яблочный штрудель с ванильным соусом, тонкое тесто которого, по старой традиции, должно быть таким прозрачным, чтобы сквозь него можно было читать газету.

Что это значит для Кок-Жайляу

Будущий курорт под Алматы задуман масштабнее Нордкетты: около 60 километров трасс, 11 канатных дорог, которые смонтирует французская компания POMA, гостиницы на 6–7 тысяч мест. Курорт рассчитан примерно на 10 тысяч человек в день.

Опыт Инсбрука показывает, что главное - удобство. Горы рядом с городом становятся частью повседневной жизни, если до них легко добраться общественным транспортом, а абонемент открывает сразу несколько курортов. Алматы с его Шымбулаком, Медеу, Ой-Карагаем и будущим Кок-Жайляу вполне может стать таким же единым горным краем.

При строительстве курорта на Кок-Жайляу урочище останется в составе Иле-Алатауского национального парка, а под постройки отведут не больше 20 гектаров из более чем тысячи. Частных вилл и шале не будет. За каждое срубленное дерево обещают посадить десять, и в октябре 2026 года на Кок-Жайляу высадили первые две тысячи елей Шренка.

Тирольский опыт доказывает: курорт и природа могут жить рядом. Тогда горы над городом станут общей гордостью.

Сколько приносят горы

Ради чего Австрия строит курорты в горах? Ответ — в цифрах.

Инсбрук за туристический год 2024/2025 принял 1,7 миллиона гостей. Они провели в городе почти 3,8 миллиона ночей — на 4,7% больше, чем годом ранее, и почти на четверть больше, чем десять лет назад. Зимний сезон рос быстрее летнего: плюс 6,4%. Больше всего гостей едет из Германии и самой Австрии, но быстро растёт число туристов из США, Австралии, Польши и Нидерландов.

В масштабах всей страны горнолыжный бизнес — одна из опор экономики. Только за зимний сезон 2022/2023 гости австрийских курортов потратили 12,6 миллиарда евро. При этом сами подъёмники — лишь малая часть: за день отдыха турист в среднем тратил почти 264 евро, из них на абонемент — 44 евро. Остальное уходило гостиницам, ресторанам, прокату, магазинам, такси и лыжным школам.

Экономисты называют это эффектом умножения. Каждая тысяча евро, которую зарабатывает канатная дорога, приносит долине около 7100 евро. Каждое рабочее место на подъёмнике даёт ещё семь в округе. Всего горнолыжная отрасль кормит в Австрии почти 128 тысяч человек — от горничных и поваров до продавцов и инструкторов.

Именно такой расчёт лежит и в основе алматинского горного кластера: курорт сам по себе может окупаться десятилетиями, а зарабатывают на нём гостиницы, кафе, транспорт и тысячи местных жителей.

Уроки для Кок-Жайлау: как овечье пастбище в Колорадо стало мировой столицей горных лыж