Чем чистили зубы тысячу лет назад: находки городов Жетысу

Зубные щётки, привезённые из Китая, и украшенные бронзовые зеркала обнаружены на месте средневекового Тальхира в Жетысу. Что известно о повседневной гигиене горожан Великого шёлкового пути, сообщает El.kz.

Трудно представить, что предмет, который сегодня лежит почти в каждой ванной комнате, тысячу лет назад мог пересекать горные перевалы вместе с фарфором и дорогими тканями. Но среди вещей, найденных археологами в Тальхире, предшественнике современного Талгара, упоминаются зубные щётки. В одном перечне с ними стоят бронзовые зеркала и костяные палочки для еды, привезённые из Китая.

Это свидетельство торговых связей средневекового города, однако оно не позволяет утверждать, что у каждого жителя была щётка или что все горожане ежедневно чистили зубы. Для истории гигиены разница принципиальна: наличие предмета доказывает знакомство с ним, но почти ничего не говорит о частоте использования.

Китайский товар в городе у подножия гор

Тальхир стоял у выхода горной реки на равнину и был одним из торгово-ремесленных центров северо-восточного Жетысу. Географический трактат “Худуд ал-Алем”, написанный в 982 году, упоминает здесь селение Тальхиза. Археологи связывают это название с городищем Талгара, чьи укрепления, жилые кварталы и мастерские исследуются десятилетиями.

Город жил ремеслом и обменом. Здесь изготавливали железные инструменты, изделия из бронзы, посуду и украшения; в домах находили хозяйственные помещения, очаги и кладовые. Широкие торговые связи объясняют ассортимент: купцы привозили вещи из разных регионов Азии: китайский фарфор, зеркала и принадлежности повседневного обихода, а также предметы, которые исследователи связывают с Индией и центрами Средней Азии.

Не следует представлять Шёлковый путь одной бесконечной караванной колонной из Китая до Талгара. Товар мог неоднократно переходить от купца к купцу, путешествовать через рынки и перевалочные пункты. Поэтому указание на китайское происхождение находки ещё не означает, что её привёз лично китайский торговец.

Как выглядела щётка без пластика

Современная щётка с упругой синтетической щетиной появилась намного позже. Средневековые варианты могли иметь костяную или деревянную основу с отверстиями для закрепления пучков натуральных волокон. Самая уязвимая часть такого изделия – щетина: в земле органический материал часто разлагается, и исследователю достаётся ручка с отверстиями.

Особенно любопытна другая находка из Жетысу. При раскопках городища Кастек археологи обнаружили костяной предмет длиной 22,5 сантиметра с головкой размером 3,6 на один сантиметр. Археолог Арнабай Нуржанов объяснял в интервью газете “Вечерний Алматы”, что отверстия на конце и следы регулярного удерживания позволили интерпретировать вещь как зубную щётку. Он предположил, что для щетины могли использовать конский волос.

Деталь о конском волосе требует осторожности: это реконструкция возможного материала, а не обнаруженная вместе с предметом щетина. Точно так же находка из Кастека не является находкой из Тальхира. Оба памятника помогают понять культуру одного региона, но смешивать их археологические коллекции нельзя.

Существование подобных принадлежностей подтверждено и вне Казахстана. Исследователи из Китая опубликовали в 2024 году работу о костяных рукоятках зубных щёток эпохи Тан, а археологи, изучавшие погребение средневекового могильника Маячный Бугор на территории современной Астраханской области, экспериментально воссоздали способы изготовления костяной щётки. Эти сравнительные примеры показывают техническую осуществимость предмета, но не устанавливают единого рецепта чистки зубов для всех жителей степи.

Зеркало, по которому можно изучать металл

Бронзовое зеркало в средневековом доме было вещью заметной и долговечной. Отполированная лицевая сторона отражала изображение, а оборотную часто украшали орнаментом, фигурками животных или надписями. Такие вещи переживают своих владельцев гораздо чаще, чем ткань, деревянные коробочки и содержимое косметических сосудов.

При раскопках Талгара исследователи описали бронзовое зеркало с петелькой на обороте, растительным декором, изображениями животных и надписями. Для него предложены типологические аналогии, относящиеся к разным периодам; такие сопоставления помогают датировать вещь, но не превращают происхождение и возраст каждого экземпляра в бесспорный факт.

В 2024 году S. Park и Тамара Савельева опубликовали металлографическое исследование бронзовых изделий из средневекового Талгара. В числе изученных предметов находилось зеркало. Учёные исследовали высокооловянистые бронзовые сплавы; типологически коллекция относится к XI–XIII векам. Подобный анализ позволяет выяснять технологию изготовления и свойства металла, хотя для окончательного ответа о мастерской производства нужны дополнительные сопоставления.

Зеркало могло служить практической принадлежностью и одновременно предметом украшения. Но само присутствие зеркала не доказывает ни привычку краситься определённым способом, ни принадлежность вещи женщине. Археологи рассматривают положение предмета, другие находки рядом и контекст слоя; без этого реконструкция личной жизни превращается в красивую догадку.

Косметика: что сохраняется спустя века

Косметика оставляет археологам неодинаковые следы. Каменные или металлические аппликаторы, сосуды и футляры могут сохраняться столетиями, тогда как масла и растительные составы исчезают. Даже если на раскопе найден маленький флакон, по одной форме невозможно уверенно сказать, хранили в нём благовония, лекарство или средство для ухода за кожей.

В археологии Казахстана известны находки, связанные с косметическими практиками: например, сурьматаши https://el.kz/ru/sobiraem-kosmetichku-drevnego-cheloveka-chem-krasilis-4000-let-nazad_400053103/, которыми могли наносить составы на глаза и брови, и небольшие стеклянные сосуды древнего Тараза. Однако переносить их на повседневную жизнь конкретной семьи из Тальхира без собственных находок было бы неверно. Разные предметы происходят из разных регионов и эпох.

Особенно осторожно надо обращаться с эффектным словом “косметичка”. Современный читатель воображает набор с предсказуемым содержимым, но древний футляр или сумочка могли иметь сразу несколько назначений. Минеральные остатки и лабораторный анализ способны уточнить, что содержалось внутри, тогда как по внешнему виду предмета остаётся только предполагать.

Вода, баня и повседневная чистота

О городской гигиене рассказывают не только переносные принадлежности. На юге Казахстана археологи изучали керамические водопроводы, поглотительные колодцы и банные сооружения. В Отраре обнаружена средневековая баня с приспособлениями для нагрева воды, а в Таразе – остатки банного отопления под полом. Такие находки показывают наличие технических решений для мытья в городах региона.

Разумеется, существование бань в Отраре или Таразе не доказывает, что точно такие же бани действовали в каждом квартале Тальхира. И развитая городская санитария не гарантировала одинаковых условий для богатых и бедных. Она лишь опровергает упрощённую картину общества, которое якобы совершенно не заботилось о чистоте.

У степных скотоводов условия были другими. Переносное жилище, сезонные перекочёвки, доступ к воде и климат определяли бытовые решения. Историк Ленар Абзалов, анализируя свидетельства XIII–XV веков о кочевниках Евразии, рассматривает умывание, уход за волосами, использование гребней, ножниц, зеркал и мыла. Но его исследование относится к более поздней эпохе, чем расцвет Тальхира, и не описывает автоматически всех жителей казахстанских земель.

Маленькие вещи как исторические документы

Предметы личного ухода помогают восстановить маршруты торговли и устройство повседневного быта, но требуют строгого разделения факта и толкования. Мы можем установить материал щётки и форму её головки, исследовать металлический сплав зеркала или зафиксировать керамический сосуд. Намного труднее выяснить, кто именно пользовался ими, сколько раз в день и какими средствами.

Позднее в казахском быту появились переносные наборы из зубочисток, ухочисток и других мелких принадлежностей, иногда выполненных из серебра. Такие предметы описаны в коллекции Восточно-Казахстанского областного архитектурно-этнографического музея-заповедника. Они интересны для истории привычек ухода за собой, но относятся к другой культурно-исторической среде: проводить прямую линию от средневековой щётки до музейного серебряного набора нельзя.

Самый показательный вопрос остаётся открытым: сколько из упомянутых китайских щёток найдено в Тальхире, где именно они лежали и сохранились ли публикации с их подробными чертежами и размерами? Обобщающие описания памятника подтверждают присутствие этого вида находок, но для истории ежедневных привычек потребовались бы отдельные каталоги, стратиграфия и результаты исследования следов использования.