Ученые обнаружили первые генетические признаки того, что белые медведи пытаются приспособиться к жизни в условиях потепления и исчезающего льда. Однако исследователи предупреждают: даже такая адаптация не спасет вид без сохранения арктической среды, пишет El.kz.

Белый медведь – крупнейший наземный хищник и один из главных символов Арктики. Его жизнь напрямую связана с морским льдом, где он охотится на тюленей. Но из-за глобального потепления ледовый покров стремительно сокращается. По оценке Международного союза охраны природы, к 2050 году может исчезнуть до двух третей мировой популяции.

Особый интерес ученых вызвала субпопуляция белых медведей на юго-востоке Гренландии. Эти животные живут в более теплом и нестабильном климате, где льда значительно меньше. По прогнозам, примерно в таких же условиях окажутся все белые медведи уже к концу XXI века.

Исследователи из Университета Восточной Англии сравнили геномы медведей из холодного северо-востока и более теплого юго-востока Гренландии. Анализ показал: у «южных» медведей заметно активнее работают так называемые «прыгающие гены» – участки ДНК, которые могут менять свою позицию и влиять на работу других генов. Это говорит о том, что их геном стал более подвижным и реагирует на стресс.

Также у этих животных усилилась работа белков, защищающих клетки от перегрева, и снизилась активность генов, связанных с привычным жировым обменом. Ученые связывают это с дефицитом основной добычи – тюленей. Вместо этого организм переключается на режим экономии энергии, восстановления клеток и повышения стрессоустойчивости. Дополнительно выросла активность генов, отвечающих за иммунную защиту.

По словам авторов исследования, опубликованного в журнале Mobile DNA, эти изменения показывают, что белые медведи способны запускать механизмы адаптации к потеплению. Но этого недостаточно, чтобы компенсировать потерю льда и привычной среды обитания.

Иными словами, медведи пытаются выжить – но без реальных климатических мер их генетических резервов может оказаться мало.

El.kz также писал о том, что древний город оттаял в Антарктиде.