В Восточном Казахстане, на склоне горы Акбаур в трех километрах от аула Бестерек, есть грот конической формы, поднятый на пять-шесть метров над подножием склона. Именно здесь в 1971 году археолог Зейнолла Самашев впервые официально описал памятник, который позже станут называть казахстанским Стоунхенджем, и с тех пор это место не перестает будоражить и ученых, и любителей альтернативной истории.
Что нашел Самашев
Археолог Зейнолла Самашев вел исследования урочища с 1970-х по 1990-е годы, а итоги многолетней работы легли в основу его диссертации 1987 года и монографии «Наскальные изображения Верхнего Прииртышья». На стенах грота его экспедиция зафиксировала изображения двухколесной повозки, быка, горного козла, человеческих фигур и жилищ, а само пространство пещеры интерпретировала как место жертвоприношений и проведения ритуалов.
Отдельное открытие касалось формы самой горы. По мнению Самашева и его коллеги, исследователя Алтая Леонида Марсадолова, пирамидальная форма сопки Ак-Баур с прямоугольным основанием могла восприниматься древними как символ сакрального пространства, своего рода космический холм, связывающий землю с небом. Сегодня у подножия горы по-прежнему разбит археологический лагерь, территория огорожена, а работа по крупицам продолжается.
Время покорителей лошади
Датировка петроглифов Ак-Баура, конец второго и первая половина первого тысячелетия до нашей эры, приходится на эпоху, которую западная наука связывает со становлением степных скотоводческих культур Евразии, часто обозначаемых лингвистическим термином индоиранцы.
Американский археолог Дэвид Энтони в своей известной работе «Лошадь, колесо и язык» показал, что именно в степях между Уралом и Алтаем примерно в это время впервые массово одомашнили лошадь и создали легкую боевую колесницу на спицованных колесах, событие, которое затем изменило облик всей Евразии
И далее произошло расселение индоиранских народов вплоть до Индии и Ирана, где сложились древнейшие священные гимны и легенды об огненных колесницах богов.
Люди, которые смотрели на звезды
На территории Ак-Баура помимо петроглифов сохранилась площадка с разметкой, которую исследователи называют древней астрономической лабораторией, а на одной из гранитных плит удается разглядеть схему созвездия Большой Медведицы. Для степных скотоводов, кочевавших по огромным безориентирным пространствам, точное знание звездного неба было не отвлеченной наукой, а вопросом выживания и навигации.
Именно эта эпоха дала миру одни из самых ранних мифологических сюжетов о колеснице солнца, боге грозы и герое, покоряющем коня. Показательно, что и в самом Ак-Бауре среди рисунков присутствуют кони, символически связанные с образом солнца, ровно та же связка коня, колесницы и небесного светила, которая позже отразится в гимнах Ригведы и Авесты.
Грот как место передачи знания
Восточноказахстанский исследователь Евгений Курдаков в книге «Ак-Баур, тайны и открытия» 2008 года выдвинул смелую гипотезу о том, что рисунки грота представляют собой одну из древнейших систем письма, фиксирующую путь спасения людей вдоль Иртыша в эпоху масштабной природной катастрофы. Курдаков в своих построениях прямо опирался на метод Николая Рериха, который писал, что надписи на скалах Алтая ведут к эпохе, когда народы, теснимые ледниками и песками, собирались в движение, чтобы заново заселить и переродить целые континенты.
В урочище могли жить жрецы, указывавшие племенам путь для переселения, своего рода хранители знания на перекрестке степных маршрутов. Если сложить эти наблюдения вместе, вырисовывается образ грота не просто как святилища, а как точки, где кочевые народы бронзового века, уже освоившие коня и колесницу, оставляли для потомков зафиксированное знание о небе, о пути и о самих себе, обряд, который они, судя по всему, повторяли на протяжении множества поколений.
Спор, который не закрыт
Казахстанские археологи до сих пор расходятся во мнениях о точном назначении Ак-Баура, и это признают сами исследователи. Одни видят в нем исключительно ритуальный храм под открытым небом, другие, вслед за Самашевым, склоняются к версии многофункционального сакрального центра, объединявшего обсерваторию, святилище и место инициации.
