Қандастар Ассамблея

Слово об Ауэзове

08.12.2012 12095
  Слово об Ауэзове   I   О близком и большом трудно писать. Чтобы осмыслить крупное явление или окинуть взглядом высоту, необходимо отойти на определенное расстояние.   Рядом, среди нас, живет и творит наш самый близкий большой писатель Мухтар Омарханович Ауэзов. О его творчестве написано немало — не только в казахской, но и в русской литературной критике. Его лирические произведения с широким эпическим размахом хорошо известны советским читателям различных национальностей. Этими произведениями восхищаются крупнейшие современные писатели и Советской России, и Германии, и Франции, и других стран.   Для казахской литературы творчество М. О. Ауэзова имеет исключительное значение. Оно поднимает нашу молодую, быстро растущую литературу на новый уровень.   А ведь всего сорок лет назад у казахов не было ни своей национальной прозы, ни драматургии. Из истории известно, что художественная литература многих народов формировалась и создавалась веками. У нас же за очень короткий отрезок времени литература от повести «Калым»— первой робкой попытки создать жанр прозы — поднялась до романов, которые заслуженно ставятся в ряды лучших произведений современности. «Абай» и «Путь Абая»— эпопеи о жизни и судьбе целого народа.   С появлением этих романов у казахских прозаиков началась новая веха в творчестве. Ауэзов раскрыл большие возможности, силу образности и выразительности казахского языка, создал национальные характеры, яркий самобытный колорит.   Как потерянную ценность, он не только обнаружил, но и оживил полузабытые изречения, афоризмы, образы, по-новому раскрыл их содержание. Опыт его облегчает нашу работу. Русские товарищи часто говорят, что по романам Ауэзова они познали казахский народ, а мы, казахи, в его произведениях с радостью увидели духовное богатство и красоту своего народа.   Влияние Ауэзова на молодых казахских писателей велико. Он наш наставник, заботливый друг и помощник в трудные минуты творческих исканий. После каждой задушевной беседы с ним чувствуешь себя намного богаче и сильнее. Несмотря на свою постоянную занятость общественной, литературно-творческой, научно-преподавательской деятельностью, М. Ауэзов постоянно интересуется произведениями молодых писателей. Как-то в его отсутствие был опубликован мой рассказ. Через месяц, вернувшись из далекой поездки, он перелистал старые газеты, прочел его и тут же позвонил мне. Подробно разобрал этот рассказ, искренне радовался моей маленькой удаче и сделал свои меткие замечания.   Однажды промелькнула на страницах журнала небольшая поэма начинающего поэта Токаша Бердиярова «Я жить хочу». Зоркий глаз художника сразу обнаружил в нем свежее своеобразное дарование, и маститый писатель выступил в печати с похвалой об одном из самых молодых поэтов.   Каждый из нас высоко ценит эту похвалу и помощь. Но особенно велико влияние М. Ауэзова на моих сверстников, пришедших в литературу после Отечественной войны. Это влияние большой творческой личности. А. Нурпеисов, З. Кабдулов, С. Шаймерденов и другие писатели во многом обязаны в создании своих первых произведений Мухтару Ауэзову.   Сегодня, в день 60-летия Мухтара Ауэзова, мы от всей души радуемся не только успехам большого писателя, но и достижениям всей казахской литературы. Талант Ауэзова расцвел не на бесплодном месте. Он знаменует собой расцвет всей казахской художественной литературы, рожденной Великим Октябрем.   1957   II   В наш трудный для литературы век, когда золотые жилы оказались основательно разработанными, и поиски в основном идут по мелким жилкам, когда так поднялись цены на мелкие крупицы золота, найденные среди литературных песков, проявление таких самородков, таких самобытных больших художников — всегда праздник.   Творчество Мухтара Ауэзова было одной из самых колоритных и сверкающих новизной страниц в советской литературе. Оно этой страницей и остается. Но для нас, казахов, Ауэзов больше, чем писатель, ибо так велико его место в нашем национальном самосознании и духовном возрождении, что творчество этого большого мастера слова выходит за пределы его огромной, чисто литературной деятельности. По меткому выражению замечательного советского писателя Николая Погодина — он (Ауэзов) не только открыл миру казахский народ, он открыл казахский народ самому народу.   В сотнях своих рассказов и повестей, в десятках драматических произведений он исследует почти все сферы жизни казахского общества, создает такое огромное количество колоритных, ярких национальных характеров, что по ним можно было бы составить солидную энциклопедию быта и нравов, характера и духовного облика казахского народа. И это было бы немалым подвигом для одного писателя. Но он совершает свой главный подвиг — создает бессмертную эпопею «Путь Абая», открыв целый, ранее неведомый материк на художественной карте мира.   Один из крупнейших ученых, он по-новому раскрывает многие страницы истории и истории культуры своего народа, а также народов Советского Востока. Он всесторонне, глубоко исследует творчество великого Абая, богатейшее казахское устное творчество, огромный киргизский эпос «Манас». Он неоднократно обращается R сложнейшим проблемам современной многонациональной советской литературы. Во всех разнообразнейших его научных трудах мы видим не только огромную эрудицию и глубокие познания, но и интуицию, проникновенность подлинного художника, его большую страсть.   Великой заслугой Ауэзова не только перед литературой, но и перед своим народом является то, что он раскрыл всю мощь и красоту казахского языка. Он дал родному языку большое полифоническое звучание. В его произведениях мы с радостным удивлением открыли для себя не только неисчерпаемые богатства, яркую красочность своего родного языка, но и были очарованы нежной прелестью, тонким изяществом и живой динамикой его стиля. Язык скотоводческого, степного народа оказался способным выражать не только тончайшие нюансы чувств, самую различную температуру человеческих эмоций — с не меньшей силой и точностью он выражал абстрактные и сложные понятия науки и современного человеческого мышления. Ауэзов был волшебником нашего языка, он оживлял омертвевшие слова, высекал искру из соприкосновения двух слов.   Возможно, не все равноценно в огромном творческом наследии Ауэзова. Первооткрывателя ждут не только удачи, бывают срывы и досадные промахи и разочарования, но при всем этом наше воображение не перестает поражать громадность его наследия, еще далеко не полностью открытого для всесоюзного читателя. Нет той сферы в нашей духовной жизни, где бы он не оставил свой неизгладимый след. Он напоминает нам, казахам, титанов эпохи Возрождения. Это наше ощущение не будет преувеличением, ибо он жил и творил в эпоху возрождения своего народа и были замечательным его явлением, счастливым озарением нашего национального духа.   Народы принимают свободу не как благодеяние, а как нелегкую и высокую обязанность к творчеству. В нашем социалистическом обществе достигнуто полное равноправие народов и наций, но, чтобы приобрести внутреннее достоинство, каждая нация должна чувствовать соучастие в больших деяниях, ощущать свое сотворчество. Хотя нам теперь доступны все культурные ценности, созданные человечеством, но каждый из народов должен внести свою долю в эти сокровища, чтобы не быть бедным духовным родственником, иначе говоря, не быть только потребителем этих ценностей, но и быть их созидателем.   Мухтар Ауэзов дал блестящий ответ на вопрос: способны ли ранее оторванные от цивилизации народы создавать новые духовные ценности и насколько долог будет процесс их ученичества. Он убедительно доказал, что представители литератур малописьменных народов не только могут быть в роли прилежных учеников, они могут стать настоящими первооткрывателями.   Если сегодня позади тот период скидок на молодость многих национальных литератур, так называемые натяжки и подпорки, и искреннее, благожелательное, но все-таки снисходительное отношение к этим литературам уступило место строгой равноправной взаимной требовательности. Если мы можем гордиться ежегодно пополняющимся отрядом самобытных оригинальных национальных писателей, то мы должны помнить, что на самом правом фланге их стоят такие огромные фигуры, как Аветик Иса-акян, Андрей Упит, Мухтар Ауэзов.   История новой профессиональной казахской литературы коротка. Она насчитывает немногим более пятидесяти лет. И за этот исторически очень короткий срок, фактически за творческую жизнь одного поколения она прошла путь от зарождения, становления до своего современного уровня. У этой молодой литературы была счастливая звезда. Ее зачинатели Ауэзов и Майлин избежали периода робкого ученичества, если хотите, и эпигонства, так часто подстерегающих в любом начинании. Избежали его не по причине святого неведения, а через глубокое освоение наследия мировой культуры. Нас до сих пор радостно удивляет глубокая национальная самобытность, высокая культура и зрелое мастерство ранних повестей и рассказов Ауэзова, а также его немеркнущей трагедии «Енлик — Кебек». Ауэзов не только завоевал своей молодой литературе мировое признание, но и открыл перед нею широкие горизонты. Может, это звучит на первый взгляд несколько парадоксально, но, если честно признаться, после Ауэзова нам, его наследникам — казахским писателям, стало очень трудно. Его творчество дало такое высокое напряжение и без того ускоренному творческому процессу в молодой литературе, что нам сегодня нелегко. Нелегко выдержать такое предельное напряжение даже очень талантливым, если мы не приобретем второе дыхание. Но выдержать это напряжение мы обязаны, чтобы не только не потерять признание наших друзей, но и не потерять уважение к самим себе.   1967

 

Слово об Ауэзове

 

I

 

О близком и большом трудно писать. Чтобы осмыслить крупное явление или окинуть взглядом высоту, необходимо отойти на определенное расстояние.

 

Рядом, среди нас, живет и творит наш самый близкий большой писатель Мухтар Омарханович Ауэзов. О его творчестве написано немало — не только в казахской, но и в русской литературной критике. Его лирические произведения с широким эпическим размахом хорошо известны советским читателям различных национальностей. Этими произведениями восхищаются крупнейшие современные писатели и Советской России, и Германии, и Франции, и других стран.

 

Для казахской литературы творчество М. О. Ауэзова имеет исключительное значение. Оно поднимает нашу молодую, быстро растущую литературу на новый уровень.

 

А ведь всего сорок лет назад у казахов не было ни своей национальной прозы, ни драматургии. Из истории известно, что художественная литература многих народов формировалась и создавалась веками. У нас же за очень короткий отрезок времени литература от повести «Калым»— первой робкой попытки создать жанр прозы — поднялась до романов, которые заслуженно ставятся в ряды лучших произведений современности. «Абай» и «Путь Абая»— эпопеи о жизни и судьбе целого народа.

 

С появлением этих романов у казахских прозаиков началась новая веха в творчестве. Ауэзов раскрыл большие возможности, силу образности и выразительности казахского языка, создал национальные характеры, яркий самобытный колорит.

 

Как потерянную ценность, он не только обнаружил, но и оживил полузабытые изречения, афоризмы, образы, по-новому раскрыл их содержание. Опыт его облегчает нашу работу. Русские товарищи часто говорят, что по романам Ауэзова они познали казахский народ, а мы, казахи, в его произведениях с радостью увидели духовное богатство и красоту своего народа.

 

Влияние Ауэзова на молодых казахских писателей велико. Он наш наставник, заботливый друг и помощник в трудные минуты творческих исканий. После каждой задушевной беседы с ним чувствуешь себя намного богаче и сильнее. Несмотря на свою постоянную занятость общественной, литературно-творческой, научно-преподавательской деятельностью, М. Ауэзов постоянно интересуется произведениями молодых писателей. Как-то в его отсутствие был опубликован мой рассказ. Через месяц, вернувшись из далекой поездки, он перелистал старые газеты, прочел его и тут же позвонил мне. Подробно разобрал этот рассказ, искренне радовался моей маленькой удаче и сделал свои меткие замечания.

 

Однажды промелькнула на страницах журнала небольшая поэма начинающего поэта Токаша Бердиярова «Я жить хочу». Зоркий глаз художника сразу обнаружил в нем свежее своеобразное дарование, и маститый писатель выступил в печати с похвалой об одном из самых молодых поэтов.

 

Каждый из нас высоко ценит эту похвалу и помощь. Но особенно велико влияние М. Ауэзова на моих сверстников, пришедших в литературу после Отечественной войны. Это влияние большой творческой личности. А. Нурпеисов, З. Кабдулов, С. Шаймерденов и другие писатели во многом обязаны в создании своих первых произведений Мухтару Ауэзову.

 

Сегодня, в день 60-летия Мухтара Ауэзова, мы от всей души радуемся не только успехам большого писателя, но и достижениям всей казахской литературы. Талант Ауэзова расцвел не на бесплодном месте. Он знаменует собой расцвет всей казахской художественной литературы, рожденной Великим Октябрем.

 

1957

 

II

 

В наш трудный для литературы век, когда золотые жилы оказались основательно разработанными, и поиски в основном идут по мелким жилкам, когда так поднялись цены на мелкие крупицы золота, найденные среди литературных песков, проявление таких самородков, таких самобытных больших художников — всегда праздник.

 

Творчество Мухтара Ауэзова было одной из самых колоритных и сверкающих новизной страниц в советской литературе. Оно этой страницей и остается. Но для нас, казахов, Ауэзов больше, чем писатель, ибо так велико его место в нашем национальном самосознании и духовном возрождении, что творчество этого большого мастера слова выходит за пределы его огромной, чисто литературной деятельности. По меткому выражению замечательного советского писателя Николая Погодина — он (Ауэзов) не только открыл миру казахский народ, он открыл казахский народ самому народу.

 

В сотнях своих рассказов и повестей, в десятках драматических произведений он исследует почти все сферы жизни казахского общества, создает такое огромное количество колоритных, ярких национальных характеров, что по ним можно было бы составить солидную энциклопедию быта и нравов, характера и духовного облика казахского народа. И это было бы немалым подвигом для одного писателя. Но он совершает свой главный подвиг — создает бессмертную эпопею «Путь Абая», открыв целый, ранее неведомый материк на художественной карте мира.

 

Один из крупнейших ученых, он по-новому раскрывает многие страницы истории и истории культуры своего народа, а также народов Советского Востока. Он всесторонне, глубоко исследует творчество великого Абая, богатейшее казахское устное творчество, огромный киргизский эпос «Манас». Он неоднократно обращается R сложнейшим проблемам современной многонациональной советской литературы. Во всех разнообразнейших его научных трудах мы видим не только огромную эрудицию и глубокие познания, но и интуицию, проникновенность подлинного художника, его большую страсть.

 

Великой заслугой Ауэзова не только перед литературой, но и перед своим народом является то, что он раскрыл всю мощь и красоту казахского языка. Он дал родному языку большое полифоническое звучание. В его произведениях мы с радостным удивлением открыли для себя не только неисчерпаемые богатства, яркую красочность своего родного языка, но и были очарованы нежной прелестью, тонким изяществом и живой динамикой его стиля. Язык скотоводческого, степного народа оказался способным выражать не только тончайшие нюансы чувств, самую различную температуру человеческих эмоций — с не меньшей силой и точностью он выражал абстрактные и сложные понятия науки и современного человеческого мышления. Ауэзов был волшебником нашего языка, он оживлял омертвевшие слова, высекал искру из соприкосновения двух слов.

 

Возможно, не все равноценно в огромном творческом наследии Ауэзова. Первооткрывателя ждут не только удачи, бывают срывы и досадные промахи и разочарования, но при всем этом наше воображение не перестает поражать громадность его наследия, еще далеко не полностью открытого для всесоюзного читателя. Нет той сферы в нашей духовной жизни, где бы он не оставил свой неизгладимый след. Он напоминает нам, казахам, титанов эпохи Возрождения. Это наше ощущение не будет преувеличением, ибо он жил и творил в эпоху возрождения своего народа и были замечательным его явлением, счастливым озарением нашего национального духа.

 

Народы принимают свободу не как благодеяние, а как нелегкую и высокую обязанность к творчеству. В нашем социалистическом обществе достигнуто полное равноправие народов и наций, но, чтобы приобрести внутреннее достоинство, каждая нация должна чувствовать соучастие в больших деяниях, ощущать свое сотворчество. Хотя нам теперь доступны все культурные ценности, созданные человечеством, но каждый из народов должен внести свою долю в эти сокровища, чтобы не быть бедным духовным родственником, иначе говоря, не быть только потребителем этих ценностей, но и быть их созидателем.

 

Мухтар Ауэзов дал блестящий ответ на вопрос: способны ли ранее оторванные от цивилизации народы создавать новые духовные ценности и насколько долог будет процесс их ученичества. Он убедительно доказал, что представители литератур малописьменных народов не только могут быть в роли прилежных учеников, они могут стать настоящими первооткрывателями.

 

Если сегодня позади тот период скидок на молодость многих национальных литератур, так называемые натяжки и подпорки, и искреннее, благожелательное, но все-таки снисходительное отношение к этим литературам уступило место строгой равноправной взаимной требовательности. Если мы можем гордиться ежегодно пополняющимся отрядом самобытных оригинальных национальных писателей, то мы должны помнить, что на самом правом фланге их стоят такие огромные фигуры, как Аветик Иса-акян, Андрей Упит, Мухтар Ауэзов.

 

История новой профессиональной казахской литературы коротка. Она насчитывает немногим более пятидесяти лет. И за этот исторически очень короткий срок, фактически за творческую жизнь одного поколения она прошла путь от зарождения, становления до своего современного уровня. У этой молодой литературы была счастливая звезда. Ее зачинатели Ауэзов и Майлин избежали периода робкого ученичества, если хотите, и эпигонства, так часто подстерегающих в любом начинании. Избежали его не по причине святого неведения, а через глубокое освоение наследия мировой культуры. Нас до сих пор радостно удивляет глубокая национальная самобытность, высокая культура и зрелое мастерство ранних повестей и рассказов Ауэзова, а также его немеркнущей трагедии «Енлик — Кебек». Ауэзов не только завоевал своей молодой литературе мировое признание, но и открыл перед нею широкие горизонты. Может, это звучит на первый взгляд несколько парадоксально, но, если честно признаться, после Ауэзова нам, его наследникам — казахским писателям, стало очень трудно. Его творчество дало такое высокое напряжение и без того ускоренному творческому процессу в молодой литературе, что нам сегодня нелегко. Нелегко выдержать такое предельное напряжение даже очень талантливым, если мы не приобретем второе дыхание. Но выдержать это напряжение мы обязаны, чтобы не только не потерять признание наших друзей, но и не потерять уважение к самим себе.

 

1967

Ұқсас материалдар