Қандастар Ассамблея

Уважаю и приветствую правдивого и гордого поэта

05.12.2012 1920
  Уважаю и приветствую правдивого и гордого поэта Утраченным или атрофированным чувством в сознании предыдущих поколений казахского народа было чувство гордости как положительное чувство, как стимул к высоким порывам, к самоутверждению и дерзаниям в творчестве и в общественной жизни. И само слово "гордость" (по казахски "такаббарлик") стало означать почти всегда отрицательное, предосудительное в характере и поступках людей понятие как синоним непокорности, нескромности и т.д. Психологией покорного и угодливого раба была психология самого хана — ставленника царя. Самыми безответственными слугами губернаторов были волостные управители. Подлинными хамелеонами были переводчики — толмачи. Бесхребетными, безличными щедринскими либералами были представители буржуазно-националистической интеллигенции даже в единичных, мелких и безвинных жестах своих. Этот пустынный век духовного и социально-экономического господства рабов, слуг монархии тщательно вытравливал из умов многих поколений сознание личного достоинства человека, опошлял понятие гордости, оставив в нем один только отрицательный смысл. . Окидывая беглым взглядом читателя начавшийся в те трудные годы творческий путь Сакена Сейфуллина, прежде всего обратим внимание на яркую созвучность всему мощному голосу партии призывную ноту "стать смелым и гордым представителем своего класса и обновленной страны". С годами это становится подлинным лейтмотивом всего творчества С. Сейфуллина. Неустанно, годами утверждая через свои произведения "не вороны, а красные соколы мы", "не клячи, а тулпары наших дней", он внушает эту уверенность в себе казахским массам. В поэме "Альбатрос" еще смелее, еще громче говорит писатель о человеческом достоинстве гражданина великой родины, о смелых порывах человеческой личности. Это качество, конечно, ничего общего не имеет с эгоцентристскими или истерическими настроениями поэтов-индивидуалистов, провозглашавших себя "пророками" и "светилами" мира, мира, созданного их бредовым воображениям. "Тулпары" и "соколы" Сакена — это сгущенно-конденсированные образы революционного класса. И Сакен горд именно этой монолитной мощной силой своих собратьев, горд уверенной поступью их и лучезарным будущим своей родины. Эта гордость и есть убитое ранее и возвращенное пролетарской революцией законное жизнеутверждающее чувство осознавшего свои права трудового человечества. Такая гордость в наши дни является выражением раскрепощенного сознания масс. Быть поэтом, выразителем этого большого, этого особенно значительного чувства может и должна гордиться, полностью обретая в наши дни эту гордость, его революционная родина. Другое яркое, выдающееся качество в творчестве Сакена Сейфуллина — это его предельная правдивость. В казахской литературе он наиболее цельный, наиболее полный интеллектуально-эмоциональной природы поэт. Поэтому его поэзия обладает волнующим, заражающим свойством, это поэзия яркого огня, поэзия живого дыхания. Все чувства его правдивы и искренни. И в этом подкупающая сила влияния его на массы. Сакен наиболее чутко относится к судьбам нашей литературы, поэтому естественно ожидать от него подлинно больших полотен о наших радостных и гордых днях. Огромен пройденный путь, и этот путь — залог дальнейшего взлета. Мухтар Ауезов

 

Уважаю и приветствую правдивого и гордого поэта

Утраченным или атрофированным чувством в сознании предыдущих поколений казахского народа было чувство гордости как положительное чувство, как стимул к высоким порывам, к самоутверждению и дерзаниям в творчестве и в общественной жизни. И само слово "гордость" (по казахски "такаббарлик") стало означать почти всегда отрицательное, предосудительное в характере и поступках людей понятие как синоним непокорности, нескромности и т.д.

Психологией покорного и угодливого раба была психология самого хана — ставленника царя. Самыми безответственными слугами губернаторов были волостные управители. Подлинными хамелеонами были переводчики — толмачи. Бесхребетными, безличными щедринскими либералами были представители буржуазно-националистической интеллигенции даже в единичных, мелких и безвинных жестах своих. Этот пустынный век духовного и социально-экономического господства рабов, слуг монархии тщательно вытравливал из умов многих поколений сознание личного достоинства человека, опошлял понятие гордости, оставив в нем один только отрицательный смысл. .

Окидывая беглым взглядом читателя начавшийся в те трудные годы творческий путь Сакена Сейфуллина, прежде всего обратим внимание на яркую созвучность всему мощному голосу партии призывную ноту "стать смелым и гордым представителем своего класса и обновленной страны".

С годами это становится подлинным лейтмотивом всего творчества С. Сейфуллина. Неустанно, годами утверждая через свои произведения "не вороны, а красные соколы мы", "не клячи, а тулпары наших дней", он внушает эту уверенность в себе казахским массам. В поэме "Альбатрос" еще смелее, еще громче говорит писатель о человеческом достоинстве гражданина великой родины, о смелых порывах человеческой личности.

Это качество, конечно, ничего общего не имеет с эгоцентристскими или истерическими настроениями поэтов-индивидуалистов, провозглашавших себя "пророками" и "светилами" мира, мира, созданного их бредовым воображениям.

"Тулпары" и "соколы" Сакена — это сгущенно-конденсированные образы революционного класса. И Сакен горд именно этой монолитной мощной силой своих собратьев, горд уверенной поступью их и лучезарным будущим своей родины.

Эта гордость и есть убитое ранее и возвращенное пролетарской революцией законное жизнеутверждающее чувство осознавшего свои права трудового человечества. Такая гордость в наши дни является выражением раскрепощенного сознания масс. Быть поэтом, выразителем этого большого, этого особенно значительного чувства может и должна гордиться, полностью обретая в наши дни эту гордость, его революционная родина.

Другое яркое, выдающееся качество в творчестве Сакена Сейфуллина — это его предельная правдивость. В казахской литературе он наиболее цельный, наиболее полный интеллектуально-эмоциональной природы поэт. Поэтому его поэзия обладает волнующим, заражающим свойством, это поэзия яркого огня, поэзия живого дыхания. Все чувства его правдивы и искренни. И в этом подкупающая сила влияния его на массы.

Сакен наиболее чутко относится к судьбам нашей литературы, поэтому естественно ожидать от него подлинно больших полотен о наших радостных и гордых днях.

Огромен пройденный путь, и этот путь — залог дальнейшего взлета.

Мухтар Ауезов