Қандастар Ассамблея

Административная реформа Цезаря

13.11.2013 2527
Второй основной идеей Цезаря было, как сказано, создание прочной и регулярно функционирующей административной машины, под руководством сильной центральной власти. Для этого прежде всего увеличено было число провинций, то есть уменьшена компетенция каждого отдельного промагистрата (см. Моmmsen, «Hermes», XXVIII, 599 и сл.). Число преторов увеличено с 8 до 16 и соответственно этому увеличено число квесторов; этим одновременно сильно подрывалось значение этих магистратур, так как отныне каждый претор имел в Риме только очень узкую судебную компетенцию. Пребывание проконсулов в провинции ограничено было двумя годами, пропреторов — одним годом. Если принять во внимание, что Ю. Цезарю предоставлено было право, во-первых, рекомендовать магистратов, во-вторых, решать без помощи сената, кто из бывших магистратов в какой провинции должен функционировать как промагистрат, то приведённые выше меры получат особый смысл. Откупщики-публиканы из большей части провинций были изгнаны и взимание налогов отдано в руки общин, причём за взиманием с городов наблюдали личные агенты Цезаря — его рабы. Вся провинциальная администрация, введённая в определённые, законные нормы, была, таким образом, сконцентрирована в руках одного руководителя — Ю. Цезаря, имевшего к тому же в лице своих легатов и своих личных агентов могучие средства контроля. Усилены были наказания за преступления по отношению к провинциям: лица, осуждённые по этим делам, удалялись из сенаторского сословия (реформа эта стоит в связи с общей судебной реформой Цезаря, мало нам известной и не имевшей принципиального значения). Наконец, существовал особый закон Цезаря (ещё 59 г.), усиливавший строгость контроля сумм провинциального управления и требовавший оставления отчёта в провинции, помимо представления его в Риме. В системе прямого обложения Азии вновь выдвинут был эллинистический принцип самоуправляющегося и самооблагающегося города, только контролируемого государством, взамен принципа, игнорировавшего город как таковой и видевшего в провинции одно большое поместье римского народа, сдаваемое на откуп. То же стремление сказывалось и в постоянной поддержке городского хозяйства, в заботе о благоустройстве в красоте городов. Рядом с этими основными реформами идёт ряд мер экономического характера, вызванных постоянными язвами экономической жизни Рима: страшной задолженностью и богатых, и бедных, ростом крупных поместий в ущерб мелкой собственности, быстрым увеличением количества рабов, все более и более вытеснявших свободный труд. Коренного тут ничего предпринять было нельзя, но были моменты особого обострения отношений, когда не вмешаться было невозможно. Таков был момент после революции Целия Руфа и Долабеллы, когда Ю. Цезарь принуждён был зачесть проценты в счёт уплаты капитала и сложить часть квартирной платы с наиболее бедных квартиронанимателей. Борьба против латифундий шла так же, как и раньше, то есть путём надела бедных граждан землёй. Аграрный закон Ю. Цезаря 59 г. представляет собой одновременно борьбу с убылью населения в Италии, даруя особые права тем, кто имел более 3 детей. Надел ветеранов землёй в Италии, наряду с его политическим значением, также имел определённый экономический смысл. Для борьбы с рабством Ю. Цезарь опять-таки воспользовался старым трибунским арсеналом, потребовав сокращения числа рабов в крупных поместьях, установив обязательный процент свободных рабочих. Новее была мера, которой определённым категориям лиц запрещался выезд из Италии. Впрочем, в этом запрещении надо видеть скорее меру военного характера, облегчавшую набор (за время с 49 по 44 г. было набрано в Италии более 200000 рекрутов), чем меру экономическую. В связи с экономическими реформами Ю. Цезаря стоят и его реформы как praefectus morum, а именно воздействие на роскошь путём так называемых leges sumptuariae, ограничивавшими, между прочим, роскошь стола. В связи с этим находится и установление таможенных пошлин на заморский привоз, главным образом на предметы роскоши. Остаётся ещё сказать несколько слов об отношениях Цезаря к Риму как городу. Уже выше отмечено было, что Рим для Ю. Цезаря — не синоним римского государства, а резиденция главы государства, население Рима — не римское гражданство, а столичная чернь. Последнее ярче всего проявляется в регулировке Цезарем фрументаций — хлебных раздач. Отныне не все граждане имеют право на получение дарового хлеба, а только 150000 избранных, пополняемых жеребьёвкой из числа остальных кандидатов. То, что было правом всех граждан, делается милостью по отношению к населению резиденции. Официально, однако, фрументациями продолжают заведовать республиканские магистраты; Цезарем специально для этой цели создаются особые плебейские эдилы, под именем Ceriales. Всю строительную жизнь Рима Ю. Цезарь стремится сосредоточить в своих руках; всякая крупная постройка должна напоминать населению щедрого строителя; новое место для голосования народа (saepta Iulia), новая курия для собраний сената (curia Iulia), новая трибуна для беседы магистрата с народом (rostra Iulia), наконец, даже новая площадь с храмом родоначальницы Юлиева рода — Venus Genetrix (forum Iulium) знаменуют, что Рим превращается в резиденцию рода Юлиев. Колоссальные работы на пользу населения Рима и Италии — урегулирование русла Тибра, осушение Понтинских болот и Фуцинского озера — должны были поразить воображение современников и сделать из их создателя нечто большее обыкновенного политического деятеля. Из всего сказанного ясно, что Ю. Цезарь сознательно стремился к монархии, и притом монархии не на староримский, давно отживший лад, а к монархии эллинистического образца. В сущности весь он, с его воспитанием, вкусами, индивидуализмом, ярко выраженным фатализмом (см. Fowler, в «Classical Review», 1903, 153 и сл.), был типичным эллинистическим монархом вроде Димитрия Полиоркета, Пирра и других: то же изящество обращения, та же физическая сила, ловкость и неутомимость, то же мастерство в политической интриге, те же сильные страсти, сдерживаемые только честолюбием, то же рыцарство по отношению к женщинам, та же забота о своей наружности и одежде, та же высокая культурность, любовь к интеллектуальным занятиям, к научной и литературной работе. Естественно, что Цезаря всегда тянуло к Востоку; его прельщала идея стать монархом в римском государстве, как некогда Александр был монархом всего греческого и варварского мира. Что такая идея у Цезаря действительно была, доказывает ряд фактов, и прежде всего то отношение, в которое Цезарь встал по вопросу об его обоготворении. Не говоря уже о том, что в провинциях Востока он фигурирует совершенно так же, как Селевкиды, то есть как сын Арея и Афродиты, он и в Риме постоянно указывает на своё божественное происхождение от Венеры и принимает ряд если не божеских, то геройских почестей. Не раз указывает он на свою связь с богом Ромулом, первым царём Рима, принимает одежду римских царей, ставит свою статую в храме Квирина, другую — в числе статуй альбанских царей на Капитолии. Во всем этом проявляется не столько тенденция монархическая, сколько определённая претензия на божественность происхождения. Чисто эллинистическая манера праздновать религиозными обрядами дни своих побед, а также день своего рождения, с обязательством такого празднования для всех, принимать устройство в свою честь агонов, допускать клятву своим именем, соглашаться на постройку себе храмов совместно с божествами, на устройство особых жреческих коллегий, названных его именем (luperci Iulii) — все это явно говорит за то, что Цезарь добивался божественности на эллинистический манер. В связи с этим стоит и ряд мер политического характера: чеканка в Риме монеты с его изображением (что раньше терпимо было только в провинциях) и указанием его титула (причём чеканкой этой монеты заведовали личные рабы Цезаря), почётная стража из всадников и сенаторов на манер такой же стражи при эллинистических дворах, учреждение должности заведующего печатью, как при дворе Птолемеев и Селевкидов (ср. статью ab epistulis в «Realencylopaedie» Pauly-Wissowa, т. V), поручение своему отпущеннику командования войском в Египте, присяга на верность сенаторов и всадников, наконец, введение принципа наследственности, сказывающееся в принятии для сына, который мог у него родиться, звания понтифика, и в усыновлении своего племянника Октавиана. Клеопатру, приехавшую в Рим, Цезарь принимает как царь царя, в своём доме. Когда сенат подносил ему высшие почести, он не встал со своего золочёного кресла. К тому же порядку явлений относятся и вполне достоверные попытки Антония венчать его торжественно диадемой — специальным знаком отличия эллинистических царей. В Риме в то время твёрдо были убеждены, что окончательно наступила монархия, и ряд слухов клонился именно к тому, что монархия эта будет восточного образца: говорили, что Цезарь собирается перенести резиденцию в Илион (см. Nissen, «Italische Landeskunde», II, 2; Mommsen, «Sitzungsberichte der Berl. Akad.», 1889), что так как парфян может победить только царь, то Цезарь на Востоке примет этот титул, и т. д. Все вышесказанное, в связи с эллинистическим характером реформ Цезаря и его восточными симпатиями, говорит за то, что слухи эти имели серьёзное основание. ru.wikipedia.org

Второй основной идеей Цезаря было, как сказано, создание прочной и регулярно функционирующей административной машины, под руководством сильной центральной власти. Для этого прежде всего увеличено было число провинций, то есть уменьшена компетенция каждого отдельного промагистрата (см. Моmmsen, «Hermes», XXVIII, 599 и сл.). Число преторов увеличено с 8 до 16 и соответственно этому увеличено число квесторов; этим одновременно сильно подрывалось значение этих магистратур, так как отныне каждый претор имел в Риме только очень узкую судебную компетенцию. Пребывание проконсулов в провинции ограничено было двумя годами, пропреторов — одним годом. Если принять во внимание, что Ю. Цезарю предоставлено было право, во-первых, рекомендовать магистратов, во-вторых, решать без помощи сената, кто из бывших магистратов в какой провинции должен функционировать как промагистрат, то приведённые выше меры получат особый смысл. Откупщики-публиканы из большей части провинций были изгнаны и взимание налогов отдано в руки общин, причём за взиманием с городов наблюдали личные агенты Цезаря — его рабы. Вся провинциальная администрация, введённая в определённые, законные нормы, была, таким образом, сконцентрирована в руках одного руководителя — Ю. Цезаря, имевшего к тому же в лице своих легатов и своих личных агентов могучие средства контроля. Усилены были наказания за преступления по отношению к провинциям: лица, осуждённые по этим делам, удалялись из сенаторского сословия (реформа эта стоит в связи с общей судебной реформой Цезаря, мало нам известной и не имевшей принципиального значения). Наконец, существовал особый закон Цезаря (ещё 59 г.), усиливавший строгость контроля сумм провинциального управления и требовавший оставления отчёта в провинции, помимо представления его в Риме. В системе прямого обложения Азии вновь выдвинут был эллинистический принцип самоуправляющегося и самооблагающегося города, только контролируемого государством, взамен принципа, игнорировавшего город как таковой и видевшего в провинции одно большое поместье римского народа, сдаваемое на откуп. То же стремление сказывалось и в постоянной поддержке городского хозяйства, в заботе о благоустройстве в красоте городов.

Рядом с этими основными реформами идёт ряд мер экономического характера, вызванных постоянными язвами экономической жизни Рима: страшной задолженностью и богатых, и бедных, ростом крупных поместий в ущерб мелкой собственности, быстрым увеличением количества рабов, все более и более вытеснявших свободный труд. Коренного тут ничего предпринять было нельзя, но были моменты особого обострения отношений, когда не вмешаться было невозможно. Таков был момент после революции Целия Руфа и Долабеллы, когда Ю. Цезарь принуждён был зачесть проценты в счёт уплаты капитала и сложить часть квартирной платы с наиболее бедных квартиронанимателей. Борьба против латифундий шла так же, как и раньше, то есть путём надела бедных граждан землёй. Аграрный закон Ю. Цезаря 59 г. представляет собой одновременно борьбу с убылью населения в Италии, даруя особые права тем, кто имел более 3 детей. Надел ветеранов землёй в Италии, наряду с его политическим значением, также имел определённый экономический смысл. Для борьбы с рабством Ю. Цезарь опять-таки воспользовался старым трибунским арсеналом, потребовав сокращения числа рабов в крупных поместьях, установив обязательный процент свободных рабочих. Новее была мера, которой определённым категориям лиц запрещался выезд из Италии. Впрочем, в этом запрещении надо видеть скорее меру военного характера, облегчавшую набор (за время с 49 по 44 г. было набрано в Италии более 200000 рекрутов), чем меру экономическую. В связи с экономическими реформами Ю. Цезаря стоят и его реформы как praefectus morum, а именно воздействие на роскошь путём так называемых leges sumptuariae, ограничивавшими, между прочим, роскошь стола. В связи с этим находится и установление таможенных пошлин на заморский привоз, главным образом на предметы роскоши.

Остаётся ещё сказать несколько слов об отношениях Цезаря к Риму как городу. Уже выше отмечено было, что Рим для Ю. Цезаря — не синоним римского государства, а резиденция главы государства, население Рима — не римское гражданство, а столичная чернь. Последнее ярче всего проявляется в регулировке Цезарем фрументаций — хлебных раздач. Отныне не все граждане имеют право на получение дарового хлеба, а только 150000 избранных, пополняемых жеребьёвкой из числа остальных кандидатов. То, что было правом всех граждан, делается милостью по отношению к населению резиденции. Официально, однако, фрументациями продолжают заведовать республиканские магистраты; Цезарем специально для этой цели создаются особые плебейские эдилы, под именем Ceriales. Всю строительную жизнь Рима Ю. Цезарь стремится сосредоточить в своих руках; всякая крупная постройка должна напоминать населению щедрого строителя; новое место для голосования народа (saepta Iulia), новая курия для собраний сената (curia Iulia), новая трибуна для беседы магистрата с народом (rostra Iulia), наконец, даже новая площадь с храмом родоначальницы Юлиева рода — Venus Genetrix (forum Iulium) знаменуют, что Рим превращается в резиденцию рода Юлиев. Колоссальные работы на пользу населения Рима и Италии — урегулирование русла Тибра, осушение Понтинских болот и Фуцинского озера — должны были поразить воображение современников и сделать из их создателя нечто большее обыкновенного политического деятеля. Из всего сказанного ясно, что Ю. Цезарь сознательно стремился к монархии, и притом монархии не на староримский, давно отживший лад, а к монархии эллинистического образца. В сущности весь он, с его воспитанием, вкусами, индивидуализмом, ярко выраженным фатализмом (см. Fowler, в «Classical Review», 1903, 153 и сл.), был типичным эллинистическим монархом вроде Димитрия Полиоркета, Пирра и других: то же изящество обращения, та же физическая сила, ловкость и неутомимость, то же мастерство в политической интриге, те же сильные страсти, сдерживаемые только честолюбием, то же рыцарство по отношению к женщинам, та же забота о своей наружности и одежде, та же высокая культурность, любовь к интеллектуальным занятиям, к научной и литературной работе. Естественно, что Цезаря всегда тянуло к Востоку; его прельщала идея стать монархом в римском государстве, как некогда Александр был монархом всего греческого и варварского мира. Что такая идея у Цезаря действительно была, доказывает ряд фактов, и прежде всего то отношение, в которое Цезарь встал по вопросу об его обоготворении. Не говоря уже о том, что в провинциях Востока он фигурирует совершенно так же, как Селевкиды, то есть как сын Арея и Афродиты, он и в Риме постоянно указывает на своё божественное происхождение от Венеры и принимает ряд если не божеских, то геройских почестей. Не раз указывает он на свою связь с богом Ромулом, первым царём Рима, принимает одежду римских царей, ставит свою статую в храме Квирина, другую — в числе статуй альбанских царей на Капитолии. Во всем этом проявляется не столько тенденция монархическая, сколько определённая претензия на божественность происхождения. Чисто эллинистическая манера праздновать религиозными обрядами дни своих побед, а также день своего рождения, с обязательством такого празднования для всех, принимать устройство в свою честь агонов, допускать клятву своим именем, соглашаться на постройку себе храмов совместно с божествами, на устройство особых жреческих коллегий, названных его именем (luperci Iulii) — все это явно говорит за то, что Цезарь добивался божественности на эллинистический манер. В связи с этим стоит и ряд мер политического характера: чеканка в Риме монеты с его изображением (что раньше терпимо было только в провинциях) и указанием его титула (причём чеканкой этой монеты заведовали личные рабы Цезаря), почётная стража из всадников и сенаторов на манер такой же стражи при эллинистических дворах, учреждение должности заведующего печатью, как при дворе Птолемеев и Селевкидов (ср. статью ab epistulis в «Realencylopaedie» Pauly-Wissowa, т. V), поручение своему отпущеннику командования войском в Египте, присяга на верность сенаторов и всадников, наконец, введение принципа наследственности, сказывающееся в принятии для сына, который мог у него родиться, звания понтифика, и в усыновлении своего племянника Октавиана. Клеопатру, приехавшую в Рим, Цезарь принимает как царь царя, в своём доме. Когда сенат подносил ему высшие почести, он не встал со своего золочёного кресла. К тому же порядку явлений относятся и вполне достоверные попытки Антония венчать его торжественно диадемой — специальным знаком отличия эллинистических царей. В Риме в то время твёрдо были убеждены, что окончательно наступила монархия, и ряд слухов клонился именно к тому, что монархия эта будет восточного образца: говорили, что Цезарь собирается перенести резиденцию в Илион (см. Nissen, «Italische Landeskunde», II, 2; Mommsen, «Sitzungsberichte der Berl. Akad.», 1889), что так как парфян может победить только царь, то Цезарь на Востоке примет этот титул, и т. д. Все вышесказанное, в связи с эллинистическим характером реформ Цезаря и его восточными симпатиями, говорит за то, что слухи эти имели серьёзное основание.

ru.wikipedia.org

Ұқсас материалдар