Қандастар Ассамблея

Некоторые обычаи и поверья казахов связаны с животными

04.06.2013 7238
В прошлом, если надвигалась засуха, то на открытом месте, обычно у реки, озера или родника совершался старинный обряд "тасаттык", с жертвоприношением и угощением, для чего собирали с каждого хозяина деньги или муку. Жертвенное животное, также приобретенное в складчину, резали над водой, прося бога ниспослать дождь. Бывали случаи, когда тасаттык совпадал с дождем. Тогда духовенство использовало это в своих интересах, объясняя случившееся милостью бога. Некоторые обычаи и поверья казахов связаны с животными. Лошадей, овец, верблюдов они наделяли свойствами оберега — кие, и потому запрещалось бить их по голове, пинать ногами, тогда как таким почитанием не пользовались, например, крупный рогатый скот или, скажем, козы. Последних мог отстегать любой прохожий, якобы для изгнания вселившихся в них «злых духов». Истоки почитания животных восходят к древности и средневековью. Примером этому могут служить надгробные изваяния «койтас» (дословно «каменный баран».— У. Д.), встречающиеся в мангышлакских некрополях, глиняные фигурки баранов, коней, верблюдов, находимые при раскопках средневековых городов на юге Казахстана. Скотоводы, естественно, хорошо знали особенности домашних животных и по своему усмотрению регулировали время получения приплода. Обычно оно приурочивалось к наступлению тепла. Этим объясняется подвязывание войлочных фартуков—куйек баранам-производителям для исключения раннего покрытия маток и преждевременного ягнения. Подвязывание и снятие фартуков поручалось по древним поверьям казахов многодетным женщинам. Вполне серьезно предполагалось, что это содействует плодовитости овец, получению большего количества самок в их приплоде. Фартуки снимали с баранов обычно в конце сентября, в среду или четверг ночью, когда, как считалось, овцематки будут готовы к покрытию производителями. Казахи исповедовали ислам, однако степень религиозности различных групп степного населения Х1Х не была одинаковой. Наиболее скрупулезно мусульманство соблюдалось феодальной знатью, умело использовавшей его в своих интересах, а также в земледельческих селениях, городах, где располагались мечети, медресе и различные культовые сооружения. Большинству же казахов официальные догмы ислама были известны в самых общих чертах, ибо аульные муллы не кончали каких-либо духовных учебных заведений и весьма условно представляли основы магометанства, чтобы повлиять с должной отдачей на религиозность народа. Мало что давало, например, обучение, основанное на зубрежке корана и других религиозных книг у аульного муллы, пользовавшегося дурной славой думше — невежды. Отдавая ему детей на обучение за неимением других «ученых» людей в степи, родители соглашались на все. Иные прямо-таки лебезили перед ним: «Кость моего чада принадлежит мне, а мясо — тебе.

В прошлом, если надвигалась засуха, то на открытом месте, обычно у реки, озера или родника совершался старинный обряд "тасаттык", с жертвоприношением и угощением, для чего собирали с каждого хозяина деньги или муку. Жертвенное животное, также приобретенное в складчину, резали над водой, прося бога ниспослать дождь. Бывали случаи, когда тасаттык совпадал с дождем. Тогда духовенство использовало это в своих интересах, объясняя случившееся милостью бога. Некоторые обычаи и поверья казахов связаны с животными. Лошадей, овец, верблюдов они наделяли свойствами оберега — кие, и потому запрещалось бить их по голове, пинать ногами, тогда как таким почитанием не пользовались, например, крупный рогатый скот или, скажем, козы. Последних мог отстегать любой прохожий, якобы для изгнания вселившихся в них «злых духов». Истоки почитания животных восходят к древности и средневековью. Примером этому могут служить надгробные изваяния «койтас» (дословно «каменный баран».— У. Д.), встречающиеся в мангышлакских некрополях, глиняные фигурки баранов, коней, верблюдов, находимые при раскопках средневековых городов на юге Казахстана. Скотоводы, естественно, хорошо знали особенности домашних животных и по своему усмотрению регулировали время получения приплода. Обычно оно приурочивалось к наступлению тепла. Этим объясняется подвязывание войлочных фартуков—куйек баранам-производителям для исключения раннего покрытия маток и преждевременного ягнения.

Подвязывание и снятие фартуков поручалось по древним поверьям казахов многодетным женщинам. Вполне серьезно предполагалось, что это содействует плодовитости овец, получению большего количества самок в их приплоде. Фартуки снимали с баранов обычно в конце сентября, в среду или четверг ночью, когда, как считалось, овцематки будут готовы к покрытию производителями. Казахи исповедовали ислам, однако степень религиозности различных групп степного населения Х1Х не была одинаковой. Наиболее скрупулезно мусульманство соблюдалось феодальной знатью, умело использовавшей его в своих интересах, а также в земледельческих селениях, городах, где располагались мечети, медресе и различные культовые сооружения. Большинству же казахов официальные догмы ислама были известны в самых общих чертах, ибо аульные муллы не кончали каких-либо духовных учебных заведений и весьма условно представляли основы магометанства, чтобы повлиять с должной отдачей на религиозность народа. Мало что давало, например, обучение, основанное на зубрежке корана и других религиозных книг у аульного муллы, пользовавшегося дурной славой думше — невежды. Отдавая ему детей на обучение за неимением других «ученых» людей в степи, родители соглашались на все. Иные прямо-таки лебезили перед ним: «Кость моего чада принадлежит мне, а мясо — тебе.

Ұқсас материалдар