Дворцы Сулеймена были полны драгоценностями, но больше всего дорожил хан одним золотым кольцом, которое никогда не снимал с пальца. Кольцо это было волшебное: кто надевал его, тот начинал понимать язык зверей, птиц и растений и обретал власть над всеми живыми тварями.
Раз на охоте Сулеймену захотелось освежить лицо студеной водой из ручья. Но когда он зачерпывал пригоршней воду, заветное кольцо соскользнуло с пальца и стало быстро опускаться на дно. Хан готов уже был кинуться в ручей, чтобы достать со дна сокровище, как вдруг в воде блеснула большая рыба, проглотила кольцо и, вильнув хвостом, нырнула в омут.
В глубокой печали, раздумывая о потере, пошел Сулей-мен вдоль берега и шел долго-долго, пока не увидел перед собой одинокую хижину, возле которой сушились рыбачьи сети.
Близилась ночь. Хан вошел в хижину. Переступив порог, он услышал гнусавый голос:
— Благодарение судьбе! Она посылает нам сытный ужин.
Хан ужаснулся: посреди хижины стояла кровожадная жалмауыз-кемпир и протягивала к нему когтистые руки. Он уже схватился за охотничий нож, чтобы защищаться, но тут послышался другой голос, сладкий, как пение соловья:
—  Не трогай пришельца, матъ! Посмотри, как он красив и величествен. Наверное, сам хан Сулеймен не лучше его.
Хан обернулся на голос, и сердце его дрогнуло и запылало: у очага на пестром ковре сидела девушка такой чудной красоты, что ради нее никто не побоялся бы смерти.
Жалмауыз-кемпир сказала:
—  Счастлив ты,  незнакомец,  что  приглянулся  дочери моей Булук.  Я пощажу тебя. Но уходи отсюда поскорей. Вот-вот вернется мой старик. Тогда уж никто тебя не спасет и не выручит.
Сулеймен отвечал:
—  Я не сделаю и шага назад, если об руку со мной не пойдет прекрасная Булук.
В это время забурлил ручей, загудела земля и хижина покачнулась, точно от внезапного урагана. Жалмауыз-кемпир заметалась по всем углам и, открыв кебеже, крикнула Сулеймену:
—  Полезай, сумасшедший, в сундук! Да не мешкай! И только   захлопнулась   крышка   сундука — в   хижину
ввалился старый людоед — дяу.
—  Чую дух человеческий! — рявкнул он во всю вели-канью глотку.
Жена напустилась на него с бранью:
-г- Совсем из ума выжил, старый дуралей! Это пахнет тем жигитом, которого мы съели вчера. А нынче никто к нам не заходил.
Прошла ночь. С рассветом дяу пошел к ручью ловить рыбу и вскоре вернулся с добрым уловом.
—  Готовьте  завтрак,— приказал он  жене  и  дочери,— а я ухожу на  промысел.  Может,  удастся к обеду добыть батыра или батырского коня.
Ушел. Жалмауыз-кемпир выпустила Сулеймена из сундука и стала толкать его в спину к двери.
—  Прочь с моих глаз, незваный гость. Натерпелась я из-за тебя страху!
Но Сулеймен не двигался с места, а только глядел, не отводя взора, на красавицу Булук. Повинуясь приказу отца, девушка чистила свежую рыбу. Вот она разрезает большого язя и, вскрикнув от неожиданности, вынимает из его живота золотое кольцо. Кольцо выпало из ее рук и покатилось прямо к ногам Сулеймена. Поднял его хан и надел на палец. И в то же мгновение сделался он могуществен и мудр, как и прежде.
—  Я хан Сулеймен! —сказал он в радости. — Хочешь ли ты, Булук, быть моей женой и ханшей вселенной?