Нурсултан Абишевич Назарбаев вошел в историю своего народа как основатель нового типа государства

29.11.2017

Вы думаете, господа, что государство — это вы? Ошибаетесь! Государство — это я! Когда и где прозвучали эти слова? Кто произнес их впервые? Существует распространенное мнение, что фраза, ставшая сразу же крылатой, принадлежала французскому королю Людовику XIV, правившему в конце XVII — начале XVIII века. И прозвучала она на заседании парламента Франции в обращении короля к депутатам.

Впрочем, дотошные исследователи происхождения крылатых слов и выражений сильно сомневаются в авторстве Людовика XIV. Оказывается, велся протокол того заседания парламента, он сохранился, и там не обнаружено следов изречения, живущего пятьсот лет. Есть и менее известное мнение. Англичане приписывают знаменитые слова своей королеве Елизавете (1558-1603гг). «Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений» (автор-составитель Вадим Серов) приводит современное иносказательное значение фразы «Государство — это я!». По его мнению, фраза цитируется как комментарий к позиции человека с большим самомнением, который отождествляет свой личный интерес с интересом государства (его символами), противопоставляющего себя обществу. То есть употребляется в неодобрительном, ироничном смысле.

Но так было не всегда. В советское время в средствах массовой информации, особенно в пропагандистских статьях, слоган «Государство — это я!» можно было встретить довольно часто. Но — непременно следом шел другой, жизнеутверждающий слоган: «Государство — это мы!» И на длинных газетных и журнальных столбцах объяснялось, кто такие «мы»: рабочие и труженики сельского хозяйства, инженеры и учителя и т. д. Не все читатели соглашались с такими толкованиями. В редакционной почте, правда, редко, но все же встречались письма, авторы которых обращали внимание на то, что перечисленные выше категории населения, по-нынешнему страты, всего лишь члены общества, а не представители государства. Однако ученые и журналисты, возводившие в ранг государства простых людей, разумеется, метафорически, не соглашались: ведь оно, это государство, общенародное!

И они были правы. Но с тех пор прошло много времени — больше чем четверть века. С введением рыночных отношений, частной собственности природа постсоветских государств изменилась. Их даже при сильном желании не назовешь общенародными. Разумеется, если подходить к их оценке по советским меркам. Сейчас мерки стали иными. В демократических странах государство уравнено перед законом с обыкновенными гражданами. То есть они наделены равными правами. С государством — неслыханное дело! — даже стало возможным судиться! И выиграть судебный процесс, что еще недавно не укладывалось в головах.

Нурсултан Абишевич Назарбаев вошел в историю своего народа как основатель нового типа государства, неведомого прежде. И начал он с создания символов, которые бы отражали принципиально новую сущность казахстанского государства. Нет, они ни в коем случае не должны быть каким-то подобием иллюстрации к знаменитому высказыванию то ли французского короля, то ли английской королевы: «Государство — это я!». Оба они управляли монархиями, а в ведении на территории Казахстана ходили советские деньги. В рублевой зоне тогда находились почти все бывшие советские республики. И вдруг весной 1993 года Россия прекратила выделение Казахстану наличных денежных средств. По причине вывода их из оборота и введения купюр нового образца.

Но ведь Казахстан — суверенное государство, и российская денежная масса приобретала статус иностранной валюты. Что же это за суверенность такая, если наличные расчеты производятся в чужих дензнаках? Суверенность любого государства обеспечивается прежде всего национальной валютой. Она — первейший его символ. Перефразируя знаменитое изречение «Государство — это я!», можно с полным основанием заявить: «Государство – это свои деньги!». Потому что, как это ни парадоксально звучит, «своих» денег у государства не бывает. Оно лишь распоряжается теми средствами налогоплательщиков, которые поступают в государственный бюджет.

Кстати, Нурсултан Абишевич постоянно напоминает об этом своим министрам и предпринимателям, требуя от них бережного отношения к использованию средств госбюджета: 

— Прошли те времена, когда государство выступало монополистом, расходуя народные деньги по своему усмотрению.

Но вернемся к истории появления в современном Казахстане своей первой национальной денежной единицы — тенге. Почему президент Нурсултан Назарбаев выбрал именно это название? Оно было единственным?

Отнюдь нет. Были и альтернативы. Предлагались, например, и такие названия: «алтын», «сом», «акша». Запрашивались мнения экспертов — историков, нумизматов, археологов. Нурсултан Абишевич внимательно изучал справки специалистов, расспрашивал о подробностях в многочасовых обсуждениях. Говоря современным языком, это был своеобразный кастинг. Победило то название, к которому уже давно привыкли казахстанцы. Нурсултан Абишевич выбрал именно его, потому что оно вело свою родословную от слов «денге» и «таньга». Так в Средние века называли тюркские серебряные монеты. Кстати, немногие сегодня в России знают, что русское слово «деньги» происходит от тюркского «тенге» и что на Руси монета достоинством полкопейки называлась «деньга». Интересный разговор состоялся у Нурсултана Абишевича с разработчиками эскизов тенге. Какой вид должны иметь новые денежные купюры? Что на них должно быть изображено? Или кто? Разработчики сочли, что ответить на второй вопрос будет предпочтительнее. И поместили на лицевой стороне купюр портрет человека, хорошо известного не только в Казахстане, но и во многих странах. Увидев портрет и думая, что это кто-то из героев казахского народного эпоса, Нурсултан Абишевич взял в руки эскиз и стал рассматривать его.

Удивленно перевел взгляд на разработчиков и строго спросил, показывая на портрет:

—      Кто это?

Разработчики смешались. По тональности вопроса они поняли: президент недоволен.

Вы, Нурсултан Абишевич, — нерешительно произнес один из них.

Кто я? — услышали они его голос, который стал еще строже.

—      Президент...

—      Президент чего? Как называется наша страна?

—      Республика Казахстан. Вы ее президент.

—      Правильно. А при чем здесь Африка?

Разработчики испытали легкое замешательство. В чем дело?

—    Только там, да и то лишь в отдельных странах, которые и странами-то не назовешь, на денежных купюрах изображают портреты вождей своих племен. Но ведь там племена, родово-общинный строй. А у нас? Вы же только что сказали: республика! Улавливаете разницу? Мы — современное евразийское государство!..

Разработчики растерянно переглядывались. Нурсултан Абишевич между тем продолжал с досадой:

Ну как можно изображать на деньгах портрет главы государства, если в стране инфляция превысила две тысячи процентов?

—      А кого надо?

—   Наших великих предков. Разве их у нас было мало?

Советы президента были приняты к исполнению. На лицевой стороне тенге поместили портреты выдающихся казахов, которыми гордится народ, на обратной стороне — памятники истории и культуры.

— Ну вот, — удовлетворенно произнес Нурсултан Абишевич, когда ему принесли новые эскизы, теперь видно, что мы цивилизованная страна.

Эта давнишняя история имела продолжение. В 2016 году, когда Казахстан готовился отметить 25-летие своей независимости, в некоторых российских СМИ появились кричащие заголовки типа: «В Казахстане выпущена денежная купюра достоинством 10 тысяч тенге с портретом президента Нурсултана Назарбаева на лицевой стороне». Пересмотрел свою прежнюю точку зрения? Те, кто хорошо знал Нурсултана Абишевича, не могли поверить в это. И правильно делали. Что же на самом деле произошло в Астане? Купюру действительно выпустили, но — в качестве сувенира. В обращение, тем более в качестве платежного средства, она не пошла.

Автор статьи - Айғаным Мұстапаева
Материал опубликован с согласием автора

Читайте также